– Прекрасно. Но Дэйтлон решил, что ему плевать на сигнализацию. Он в городе и завтра в девять утра возьмет этот банк. Берите фотоаппарат и подстерегайте его в машине напротив банка. Таких кадров никто не имел и иметь не будет. Только не спрашивайте меня, откуда у меня эта информация. Я тоже не привык выдавать чужие секреты. Но помните, если у вас все получится, то один экземпляр газеты с интервью мой.
– Согласен. Но как я вам его передам?
– Я сам вас найду, либо кто-нибудь из моих приятелей попросит у вас этот экземпляр для меня.
– Хорошо. Такая сделка меня устраивает.
Дэйтлон похлопал Кэрра по плечу, улыбнулся и вернулся за свой столик.
Кэрр пил виски и наблюдал, как Эйслер со своей дамой покидают ресторан. Он не мог понять чувств, которые одолевали его. Разговор с Эйслером, обычная болтовня, но что-то она ему напоминала. Настрой! Неуловимая волна недоговоренности. Кэрр решил вернуться домой, и перечитать интервью с Дэйтлоном.
Филл с трудом добрался до дома. Вид у него был хуже, чем у бродяги: лицо грязное и исцарапанное кустарником, одежда порвана. Ему повезло, что за рулем самосвала оказался неплохой мальчишка и подбросил его прямо до дома.
Филл прошел в ванную и сунул голову под струю воды. В нем кипела злость, отчаяние, он был в бешенстве.
После охлаждающего водного массажа ему стало немного легче, и он побрел в комнату, чтобы рухнуть в кресло и выпить хорошую порцию джина.
В гостиной его ждал новый сюрприз. В его любимом кресле сидел старик в стоптанных ботинках и грязном мятом плаще и пил его джин. Он хорошо помнил этого старика, он даже вспомнил его имя. С озверелой физиономией Филл подлетел к нему, схватил его за грудки и вырвал из кресла.
– Ты с ними заодно, сволочь! Я выброшу тебя в окно, ублюдок! Мерзавец!
Малик выхватил из кармана пистолет и приставил ствол к животу хирурга.
– Отпусти, Ален! Я могу выстрелить!
– В меня сегодня уже стреляли! Испугал! Идиот!
Он отшвырнул Малика в сторону, и тот упал на кушетку, ничего себе не покалечив.
– Выпей, Ален, и давай поговорим спокойно.
Малик убрал пистолет в наплечную кобуру. Филл налил себе стакан джина, сделал несколько глотков.
– А откуда тебе известно, что я остался жив? – осипшим голосом спросил Филл.
– А с чего ты должен умереть?
– С того! Они решили, что я слишком много знаю, и приказали меня хлопнуть. Они вывезли меня в лес, но этот парень, боксер, выстрелил в воздух и ушел.
– Я не думал, что они захотят тебя уничтожить, но я был уверен, что Дэйтлон не отдаст Шарлотту. Мне говорили, что смотрел он на нее как удав на кролика.
– Мразь! Он мне ответит за это!
– Он тебе ответил пулей в голову. Ты везунок, Филл!
– Лучше бы меня пристрелил этот кривоносый, чем обрек на такую жизнь.
– Еще не все потеряно, Филл.
Хирург хотел выпить, но стакан завис в воздухе. Он внимательно посмотрел на Малика.
– Чего ты хочешь, Рудольф? Ведь так тебя зовут?! Ты же одна из шестерок этого бандюги!
– И так и не так. Меня к нему не допускают. Я делаю для них кое-какие мелкие делишки за мелкие подачки. Но у меня есть свои планы, Ален. Не только ты имеешь зуб на Дэйтлона.
Филл выпил джин и почувствовал, как тепло разлилось по всему телу.
– Послушай, парень, я очень туго соображаю. И мне сейчас не до тебя. Если ты хочешь мне что-то сказать или предложить, то выкладывай, если тебе просто не с кем поболтать, то проваливай. Я просплюсь и пойду в полицию.
– Хорошая мысль! Как только ты там побываешь, газеты растрезвонят об этом на всю страну. На следующий же день твой хирургический центр превратится в руины, а ты будешь висеть над его обломками. Но заметь: гордо висеть!
– Чего ты хочешь, старая развалина?
– Я хочу получить мотель «Уют» в свою собственность. Тебя же привезли ко мне, ты знаешь, о чем идет речь.
– Но он и так твоя собственность.
– На паях с одной дамой. А дама эта принадлежит Дэйтлону. Я обычное подставное лицо. Если я уберу Дэйтлона со своей дороги, мотель станет моей собственностью.
– И ты хочешь убрать его с моей помощью?
– Идиот! А еще профессор! Будто речь идет только обо мне. А ты этого не хочешь? Чтобы вернуть свою Шарлотту?
– Да, конечно. Я уверен, что он держит ее силой. Шарлотта любит меня и никогда не променяет на подонка и убийцу. Она ни на кого не променяет меня.
– Я с тобой согласен, Филл.
Малик достал из нагрудного кармана огрызок сигары и сунул его в рот. Через секунду воздух заполнился черным, едким, вонючим дымом.
– Говори, что нужно делать, Рудольф.
– В полицию не ходи. На некоторое время я возьму тебя под свою опеку.
– А что ты можешь в свои семьдесят?
– Больше, чем ты в свои шестьдесят.
Малик достал из кармана позолоченный жетон полицейского.
– Я пятьдесят лет отдал сыску. Это награда за труд. У меня есть опыт и умение, Филл. Каждый из нас профессор в своем деле. Если хочешь добиться успеха, то должен целиком положиться на меня. Денег я не беру, дело взаимовыгодное. Мы оба заинтересованы в успехе.
– Что нужно делать?
