Необычайно ловкая, вся как будто состоящая из нервов и литых мускулов, хитрая, отважная и легко возбудимая, а потому и чрезвычайно агрессивная, ласка не боится прыгнуть на спину кролику или зайцу. Маленькая злобная бестия вонзает острые когти в шкурку несчастного зверька, впивается острыми зубами в теплую плоть, присасывается к ране, как пиявка, и так и сидит на закорках у жертвы, жадно высасывая кровь из вены, которую она находит с поразительной, прямо-таки дьявольской точностью и буквально перерезает похожими на стальные ножички клыками. Бедный заяц, совершенно ошалев от ужаса и боли, мечется по кустам со страшной ношей на спине, а затем валится на землю замертво, ослабев от потери крови. А маленький насытившийся вампир, даже не притронувшись к мясу жертвы, продолжает свой путь.
Точно так же ласка может обескровить курицу, фазана или куропатку и бросить добычу на потребу воронам или другим хищным птицам, питающимся падалью. Правда, иногда хищница отгрызает у некрупной жертвы головку, чтобы полакомиться нежным мозгом, до которого она большая охотница. Бить ласку следует дробью № 8.
Лучше же всего охотиться на ласку, как и на куницу, хорька и лису, при помощи капканов и различных хитрых ловушек.
А сейчас мы перейдем к изучению самого опасного хищника, потому что он наделен незаурядным умом, располагает множеством самых разнообразных орудий убийства (которые он постоянно совершенствует) и способен объединять свои усилия с усилиями таких же, как он, негодяев. Вы спросите, кто же такой этот хищник? Ну так вот, это двуногое существо, весьма известное под названием браконьера.
Итак, ключевое слово произнесено. Кто же такой браконьер? Мой сосед господин барон де Буа-Бифар дает следующее определение: всякий, кто охотится на землях, ему не принадлежащих, является браконьером.
Это определение может показаться по меньшей мере странным, но не будем забывать, что барон — человек старой закалки, что родился он чуть ли не в прошлом веке, что его мысль в социальном и политическом плане замерла где-то на уровне времен отмены Нантского эдикта[286]. Так что нет ничего удивительного в том, что он рассуждает так, как могла бы рассуждать ожившая мумия, точь-в-точь как это происходит в произведении достопочтенного господина Эдмона Абу[287]. И как бы ни было это неприятно таким древним ископаемым, как барон де Буа Бифар, в наши дни любой человек может охотиться на землях, не являющихся его собственностью, и в то же время не быть браконьером.
Так кто же такие браконьеры, черт побери? Вам ответит господин Эльзеар Блаз: «Браконьер — это двуногое животное, которое бодрствует ночью, спит днем и изничтожает всякую дичь, какую только может найти. Он охотится в любое время года, при любой погоде, используя сети, тенета, силки, петли и прочие дьявольские изобретения для того, чтобы снабжать торговцев зайчатиной, крольчатиной и битой птицей. Статьи 295 и 304 Уголовного кодекса нашей страны запрещают охотникам убивать сие вредное животное. А жаль, очень жаль!»
Я охотно соглашусь с этим определением, однако вынужден с большой осторожностью отнестись к высказываниям старого охотника по поводу статей 295 и 304 Уголовного кодекса. Я не склонен требовать кары смертью даже для самого закоренелого в грехе браконьерства грешника, а желаю только, чтобы он раскаялся и обратился в веру добропорядочных и законопослушных граждан. Хотя, признаться, и сам не смею надеяться на столь волшебное превращение…
Что же касается того, чтобы объявлять на человека охоту, точно на какого-нибудь волка, даже с благословения досточтимого Уголовного кодекса… Нет и нет! Черт меня побери, благодарю покорно!
Кстати, я твердо убежден, что Эльзеар Блаз, сей достойнейший представитель братства охотников, никогда не помышлял всерьез о том, чтобы предложенные им крайние меры в самом деле применялись к кому бы то ни было.
Некоторые землевладельцы, выведенные из себя тем, что разбойники наносили их угодьям весьма ощутимый урон, попробовали прибегнуть к крайним мерам, но в несколько смягченном варианте.
Постараюсь объяснить, что я имею в виду. Некий маркиз де Б., человек суровый и горячий, к тому же совершенно не склонный сносить оскорбления от кого бы то ни было, принялся сам лично вместе со своими лесниками и сельскими полицейскими наводить порядок в своих лесах и объезжать угодья и днем и ночью. Я забыл сказать, что владения маркиза расположены в Солони, где браконьеров более чем достаточно (как, впрочем, и в других местах).
Маркиз принял решение положить конец всяческим безобразиям, а потому прибег к самым решительным средствам, дабы избавиться от разбойников. Всем известно, что и он сам, и каждый член его свиты все вооружены охотничьими ружьями с прямыми стволами и все ружья заряжены патронами с хорошими зарядами мелкой и крупной дроби (на всякий случай).
