Чтобы отвечать столь разнообразным требованиям, было необходимо существо очень чуткое, способное приспосабливаться и изменяться не только в поведении, но и физически, в зависимости от стоящих задач. Чтобы догнать и перегнать бегущего зайца, собака на протяжении веков «отращивала» свои лапы и делала их все более тонкими и стройными; другая ее родственница, чтобы выгнать из норы барсука или лису, укоротила лапки и сделала их кривыми и чуть неуклюжими, а самый сильный их собрат, чтобы затравить волка, взять верх над кабаном и бороться с медведем, а то и с еще более страшными врагами, стал выше ростом, укрепил костяк и мышцы, отрастил клыки; но и это еще не все! Чтобы залезть в гамачок к прекрасной креолке или в муфточку маркизы, собака сжалась и превратилась в миниатюрнейшее создание!
Вот таким образом господин Катрефаж[50], чье красноречие нисколько не вредит ни точности, ни лаконичности, излагает в нескольких словах историю этого несравненного животного, которое жило, развивалось и совершенствовалось рядом с человеком с незапамятных времен, в полном согласии с хозяином, при полном взаимопонимании и взаимоуважении.
Я даже не попытаюсь перещеголять в количестве общих сведений о собаках знаменитого профессора, ибо это было бы не только дерзостью, но и безрассудством.
Я ограничусь тем, что остановлюсь на неразлучном спутнике охотника, его верном друге и помощнике, то есть на легавой собаке.
Легавые собаки предстают перед нами в виде четырех довольно различных между собой как по назначению, так и по экстерьеру подгрупп:
1) Брак[51] — для охоты в поле (к этому подвиду относятся следующие породы: французский брак, английская легавая, или пойнтер);
2) спаниель, который очень хорош на заболоченной местности;
3) гриффон — для охоты в кустарнике и чащах;
4) барбет — вид спаниеля, весьма подходящий для охоты на реке и пруду.
Как пишет в своем замечательном труда «Охота с легавой» виконт де Невиль, несомненно, обычно одна собака исполняет при охотнике все эти роли, но все же каждая имеет явно выраженное предназначение для определенного вида охоты, и хозяин должен это знать.
Обучаемость собаки такова, что мы видим, как она преодолевает неприязнь к несвойственной ей работе и выполняет даже те задачи, что не ставятся перед представителями породы, к которой она принадлежит. Да, способности собаки, ее приспособляемость воистину чудесны и удивительны!
Вместе с тремя друзьями я стал основателем сообщества охотников, и мы располагаем в Солони[52] двумя прекрасными охотничьими угодьями, богатыми дичью. Там полным-полно куропаток, зайцев, кроликов, бекасов (в сезон), а утки там водятся в изобилии круглый год.
Вам известно, что собой представляет природа Солони. Леса, лесочки, перелески, рощицы, поля, поляны, вересковые пустоши, участки земли под парами, луга и лужайки, поросшие дроком, заросли папоротника, болотца с камышом, прудики с водяными лилиями… Всего понемногу, все вперемешку, кругом канавы, рытвины, рвы, живые изгороди… Везде, на каждом шагу тебя подстерегают всякого рода сюрпризы… Так что в течение всего лишь одного часа приходится охотиться на 3–4 вида дичи!
Наши браки, сначала немного смущенные непривычной обстановкой, принялись отважно исполнять свою роль на охоте, хотя такая работа и несвойственна собакам, выросшим и воспитанным неподалеку от Шартра[53]. А теперь было одно удовольствие смотреть на то, как ловко и быстро они передвигаются по новой местности.
В любое время года, при любой погоде они барахтаются в прудах, как барбеты, бесстрашно пробираются сквозь чащу, как гриффоны, радостно шлепают по грязи болот, совсем как спаниели, а как только оказываются на пашне, вновь вспоминают свой быстрый бег — бег собак, привычных к гону по полю.
Я упомянул про пойнтера. Так вот, если вам угодно, на нем мы сейчас и сосредоточимся. О, не подумайте, что я хочу поставить его на первое место, как бы отдавая ему предпочтение в ущерб прочим прекрасным животным! Нет, нет! Это просто небольшая любезность по отношению к иностранцу.
Замечательное, прекрасное животное и с точки зрения внешнего вида, и по своим охотничьим качествам: уму, чутью, умению держать стойку.
Кожа у него тонкая, покрыта короткой мягкой шерстью, мускулы сильные, крепкие, сухие; вены, в коих течет благородная кровь, иногда проступают на теле, словно у породистого скакуна. Шея длинная, зад туловища скругленный, живот втянут, как у борзой, лопатки длинные и подтянутые, грудь высокая и широкая; конечности тонкие и сухие, лапы в комке, задние ноги широко расставлены.
Внешне собака выглядит очень грациозной, иногда даже хрупкой и худой, но внешность обманчива, ибо на охоте пойнтер неутомим. Только посмотрите на него в поле, его излюбленном месте работы! Он срывается с места и мчится галопом, высоко задрав морду и виляя хвостом. Он несется вперед, возвращается, опять бежит вперед, высматривая и вынюхивая дичь. В эти минуты он забывает обо всем на свете, даже о хозяине!
