– Да тут все! И убийство и поджог собственного офиса! – присвистнул он, – Я хотел убить этого ублюдка собственными руками, но думаю тюремное заключение лет так на двадцать послужит ему куда большим уроком.
– Но ты обещал мне помочь! – испугавшись, потянулась за телефоном Ада.
– Не волнуйся, я теперь с тебя глаз не спущу, ты же мой единственный свидетель, – наконец осмелившись, похлопал он девушку по плечу, – И да, мы обязательно вернем твоего ребенка, не волнуйся, я всегда держу свое слово.
– Он написал, что дальнейшие инструкции ждут меня дома, – спохватилась Ада, и бросилась осматривать квартиру. Записку обнаружили на первом этаже в зале, на небольшом круглом столике у двери. Это оказалось целое послание из черных, разбитых очков девочки и двух цветочков. Записка гласила:
«Завтра в 12-00 выходи из дома, я пришлю за тобой машину. Будь паинькой, тогда увидишь свою дочь живой и здоровой. Если мы договоримся, я вас отпущу».
– Мне конец… – не выдержав напряжения, все-таки разрыдалась девушка, – Что мы можем успеть до завтра?
– Мы все успеем, успокойся, – с уверенностью в голосе, ответил Марк, и потянулся за телефоном.
День был как всегда необычайно оживленным, солнце светило вовсю, и жара окутывала любимый город. Бедные люди передвигались с огромным трудом, хотя явно должны были спешить куда-то по своим делам. Надежда наслаждалась происходящим, сидя у себя на балконе и с интересом разглядывая прохожих. После того, как она осталась одна в своей большой квартире в центре города с окнами, выходящими на площадь, это было ее излюбленным занятием – смотреть на суетящихся вокруг пешеходов.
Ее некогда большая семья разбрелась в разных направлениях по жизни, родители давно умерли, шестеро детей уже выросли и обзавелись своими семьями, покинув родной дом. Любимый муж, последний человек, с кем она жила в этом родовом гнезде, умер от сердечного приступа. И только все эти незнакомые люди вокруг, стали для нее чем-то наподобие окна в мир, где ей хотелось задержаться как можно дольше.
Дети и внуки часто старались навестить любимую бабушку, чему она была несказанно рада и всегда устраивала грандиозный ужин с любимыми блюдами ребенка, который собирался прийти.
– Мамочка, зачем ты всегда так утруждаешь себя! Ласково выговаривала ей средняя дочка, четко жестикулируя губами, чтобы женщина без проблем понимала ее.
– Мне приятно, я делаю это для тебя, чтобы приходила почаще, – улыбаясь, всегда отвечала Надежда Константиновна, – А то смотри худая какая, скоро ветром сдувать будет!
Она всегда благодарила Бога, что все дети были здоровы, и никому из них не достался ее недуг. И вообще, старалась всегда быть позитивной и радоваться по любому поводу. Всему, что ее окружало.
Так, рассматривая людей вокруг, она любила представлять, что у человека за характер и какая профессия. Конечно, проверить ее догадки было невозможно, но сам процесс увлекал безумно. Придавая некую изюминку, делая будни более разнообразными.
Как и во всех семьях, не все дети Надежды были успешными и хорошо устроились в жизни. Но не один из них, даже в тяжелые времена, не позволял себе сбрасывать груз ответственности на ее плечи. До сегодняшнего дня:
«Мама, у меня к тебе будет большая просьба, только, пожалуйста, ничего у меня не спрашивай. – так начиналось сообщение от единственного сына, не предвещая ничего хорошего, – Я сейчас привезу к тебе девочку, за ней надо присмотреть пару дней. Она немного странная, может попытаться сбежать, но это для ее же блага, она должна оставаться у нас. Позаботься о ней немного, а я вернусь, как только улажу необходимые вопросы. Буду у тебя через час. Целую. Юра.».
«Ну и ладненько, зато будет компания», – взбодрилась женщина, греясь на солнышке и ожидая прибытия гостей.
Сын приехал даже раньше, выйдя из автомобиля, он подошел к пассажирской двери и распахнул ее навстречу ребенку. Придерживая под локоть, он помог ей выбраться наружу, это была совсем маленькая, худенькая девочка, совершенно нескладной наружности. Весь ее внешний вид говорил о том, что она очень бедная и с тяжелой судьбой, но в то же время, сквозило что-то неуловимое, чего она разгадать пока не смогла. Надежде сразу же стало жаль бедное дитя, и она поспешила к двери, чтобы встретить гостей.
– Мама, четко проговорил сын, это Лиля, я тебе о ней рассказывал, позаботься, пожалуйста, о ней хорошенько, а я вернусь, как только смогу, и тогда мы поговорим, – отрапортовал он и вернулся обратно в машину.
– Проходи, – тихо пригласила она ребенка, мявшегося у порога, – Ты чего там стоишь?
– Я не могу, – не поднимая головы, отозвалась та.
– Если ты хочешь, чтобы я тебя понимала, пожалуйста, подними голову и четко произнеси фразу, которую хочешь сказать, – попросила женщина немного нетерпеливым тоном.
– Я не могу пройти, это незнакомое место, я могу упасть, – повторила Лиля, подняв голову на голос пожилой женщины.
