Томас медленно потянул за ленту. Я не понимала, от чего он пытался меня отвлечь. А может, он просто больше не мог сдерживаться. Наверное, мы оба устали сопротивляться своим грешным сердцам. Он, как настоящий джентльмен в этом вопросе, давал мне время передумать. Неважно, что мы уже делили постель раньше, он будет спрашивать позволения каждый раз. Может, дело было в его предупредительности, а может – в моем собственном желании, но я повела плечом, дав сорочке соскользнуть и обнажить кожу, отчего во взгляде Томаса снова вспыхнуло пламя. Мне следовало попросить его уйти в свою комнату. Прекратить это дьявольское влечение до тех пор, пока мы оба будем свободны и вольны делать, что пожелаем и когда пожелаем.
Мы слишком безрассудно обращаемся со своими сердцами, и это только еще больше разбивает их. Томасу следует уйти сию же секунду. Но я принялась расстегивать его рубашку.
Я не дьявол, но и ангелом себя никогда не считала.
– Припоминаю разговор про другое приключение. – Томас коснулся моих губ своими, легко, дразняще и совершенно опьяняюще. – Перед поездкой в театр ты, кажется, хотела…
– …тебя, Томас.
Я притянула его к себе, затыкая рот поцелуем. Дальше ему не требовалось ни инструкций, ни разрешений. Сегодняшней ночью мы забыли о правилах. Не существовало хорошего или плохого. Ничего, кроме нас, поддавшихся низменным желаниям. Томас умудрился раздеть нас обоих быстрее, чем любой колдун произнес бы заклинание.
– Одри Роуз.
Он шептал мое имя, касаясь губами кожи, пока я не потерялась во времени и пространстве. Я обхватила его, желая не расставаться никогда. Я раз за разом буду выбирать ад, если он будет дарить мне эти ощущения. Эту эйфорию. Я отказывалась думать о тьме и злодеяниях.
Сегодня я сосредоточусь на том, как единение наших тел создает что-то близкое к раю. Я пыталась поступать правильно: оттолкнула Томаса, и мое сердце разорвалось пополам. Я устала отрицать то, что казалось верным. Мы с Томасом – две части нашего личного пазла, мы идеально подходим друг другу.
Если это делает нас грешниками, пусть будет так. Я с радостью смирюсь с судьбой.
Ной, подняв бровь, смотрел на дневники на нашем столе. Мои аккуратно сложены стопкой, а дневники Томаса свалены в беспорядочные кипы, готовые обрушиться при малейшем чихе. Ной покачал головой.
– Я надеялся, что вы сможете обсудить со мной кое-какие факты.
Я перевела взгляд на зажатый у него под мышкой туго набитый кожаный портфель, из которого торчали смятые бумаги. Я посмотрела на Томаса. Если мы не убедим дядю в том, что правильно выбрали город для охоты на Джека-потрошителя, то не успеем глазом моргнуть, как окажемся на поезде, идущем в Нью-Йорк.
– Ной, прости. Мы бы помогли, просто… – Я показала на беспорядок вокруг. – Сейчас мы завалены.
Томас положил лист. Похоже, он не может устоять перед решением очередной загадки. Он протянул руку.
– Что там у тебя?
– Фактов не много, но они не систематизированы. – Ной с широкой улыбкой обежал стол, вытаскивая заметки и разбрасывая их, как внутренности. Я вернулась к собственному заданию, игнорируя легкое беспокойство по поводу того, что Потрошитель опять от нас ускользнет.
– Мистер Сигранд говорит, что его дочь похитил дьявол, так? Что вокруг рыщут демоны и охотятся на женщин. Все это звучит как бредни сумасшедшего, но взгляните сюда.
Я с любопытством подняла голову. Ной подвинул к Томасу газету.
– Еще одна женщина. Пропала. Того же возраста и внешности, что и мисс Сигранд. – Он достал еще газету. – И вот женщина. И еще. Каждую неделю в полицию поступает множество заявлений об исчезновении женщин, но ничего не делается.
Томас с хмурым видом прочитал газеты.
– Ты сказал, мистер Сигранд утверждает, что видел дьявола или демона, похищающего женщин?
– Да. – Ной кивнул, тяжело сглотнув. – Он сказал, что видел дьявола, который заманивал девушку в трамвай, взял у нее сверток и вел себя как джентльмен.
– Полагаю, это правда.
Томас со скрипом отодвинул стул и, подойдя к камину, уставился на огонь. Очень уместно смотреть на адское пламя во время разговора о дьяволе.
Не на шутку заинтригованная этой новой загадкой, я наклонилась над столом. Если пропало так много женщин, то возможно, что мы наконец обнаружили связь с нашими преступлениями. Может, здесь замешан Потрошитель. Он либо сменил тактику, как мы уже опасались, либо стал лучше прятать тела.
– Не возражаешь, если я взгляну?
– Нисколько, – с облегчением ответил Ной. – Любая ваша помощь или идея очень пригодятся. Я, хоть убей, не могу понять, где искать дальше.
Я порылась в портфеле с множеством репортажей о пропавших женщинах. У меня кровь застыла в жилах. Около десятка семей умоляли Чикаго помочь найти их дочерей и жен.
– Полиция эти дела не расследовала? – спросила я, перелистывая документы.
