Спустя два дня, в морозное октябрьское утро они двинулись, наконец, навстречу своему великому испытанию. На борту "Артура" было десять человек: Ларсен и его норвежская команда из трех человек и четверо подводных диверсантов. Кронпринц Норвегии Олаф и его начальник генерального штаба прибыли накануне из Лондона, чтобы пожелать им удачи. Когда судно проходило мимо корабля "Алекто", то корабли обменялись прощальными гудками, а их "крестный отец" капитан Фелл помахал им вслед.
Недалеко от берега поднялся ветер, и вскоре они оказались в бурном море. Многие начали страдать от морской болезни, но это не помешало им всем отметить чаркой джина двадцать пятую годовщину рождения Брюстера. На следующий день погода улеглась, и вечером они увидели перед собой горы. Наутро в самые ранние часы они подошли к островам и Ларсен бросил якорь в маленьком, заброшенном заливе.
Наступило время погрузить "Шерриоты" в воду и прикрепить их к днищу на весь остаток 100-мильного пути через фьорды. Но как только они сняли брезент и маскировочные сети, которые их покрывали, как с носа раздался крик "Самолет!". Экипажу и диверсантам едва хватило времени, чтобы снова набросить маскировку, как самолет промчался над их головой. Этот самолет, да и другие пролетали довольно близко от них, и потому Ларсен решил перебраться в другое место. На другой, ещё более удаленной стоянке "шерриоты" были погружены в воду через борт судна, а Брюстер и Эванс, переодевшись в водолазные костюмы, установили их под килем.
Затем они увидели приближавшуюся весельную шлюпку. Англичане спустились вниз. Лодка подошла к правому борту, и Ларсен увидел в ней бородатого старика. Тот начал несвязный разговор, затем увидел свисавший с борта канат, который поддерживал "шерриот".
"Зачем это?" - спросил он, указывая на "шерриот".
С Ларсена это было уже достаточно.
- "Это специальное устройство, чтобы тралить мины. Мы работаем на немцев, и если ты кому-нибудь проболтаешься, то будешь иметь дело с гестапо. Вот тебе пачка масла. И убирайся."
С момента своего отплытия из Шетландии "Артур" постоянно получал сигналы от самолетов-разведчиков, ("Спитфайеров"), что Тирпиц находится в Тронхайме. Теперь, когда оставалось меньше сорока восьми часов до места атаки (они опаздывали на одни сутки, но это допускалось планом проведения операции), и они уже находились в водах, где их могут в любое время задержать и обыскать, они выбросили за борт радиоприемник, вместе с люльками для "шерриотов", и вообще все, что обычно не должно находиться на рыбачьем судне. Ручной пулемет, который они получили на всякий случай, был надежно спрятан в тайном отсеке вместе с упакованными туда рюкзаками и запасом провианта для снабжения во время последующего бегства.
Последней остановкой "Артура" стала деревня Хествик на восточном берегу острова, всего в пятнадцати милях от крепости Агденес. Здесь Ларсен должен был получить от местных связных информацию о немецких минных полях и корабельном контроле. Но на пути, при подходе к Тронхаймследен отчаянно зачихал мотор. Бьерноу решил, что это клапан, и что вода попала в цилиндр. Мотор работал все хуже и хуже, и к тому времени, когда они добрались до Хествика в 22 00, мотор заглох окончательно.
"Ты разбери мотор, - сказал Ларсен Бьерноу, - а я пойду повидаюсь со своим связным".
Связным был владелец магазина Нельс Штром. Войдя в лавку, Ларсен спросил:
- Вам нужен торф?
Это был пароль, на который Штром должен был ответить: "Нет, спасибо. Вас послал Одд Серли?". Однако вместо этого он сказал:
- Да, можем взять у вас все, что у вас есть.
"Бог мой, - подумал Ларсен, - может, я не туда попал?"
Он сказал:
- Я могу предложить вам не так уж много. Так приказал Одд Серли.
Какое-то время Штром недоумевал, затем до него дошел истинный смысл сказанных слов.
Он сообщил Ларсену систему контроля при входе в фьорд и рассказал о тех документах, которые при этом обычно спрашиваются немцами. Потом оба отправились на "Артур", чтобы выяснить, что же стряслось с мотором.
Бьерноу, весь в масле, появился на палубе и показал клапан. "Посмотри, - сказал он, - его здорово разворотило. Мы так плыть не можем".
Штром отвел его к дому кузнеца поднял того с постели. Кузнец был другом Штрома, и на него было можно положиться. Два часа Бьерноу трудился над поврежденным клапаном, и уже к рассвету вернулся с ним на "Артур". После того, как он снова собрал мотор, он сказал: "Должно хватить до Тронхайма, а дальше кто его знает..."
Конечно, это было неудачным началом самого ответственного участка их путешествия, но ничего не оставалось делать, как надеяться. Было около семи утра. Ларсен и Бьерноу не спали почти всю ночь.
- Ладно, - сказал Ларсен, - у нас есть пара часов, чтобы вздремнуть. А потом двинемся дальше. К вечеру мы должны быть свеженькими.
