Не следует забывать и о том, что в то время как бы осталось за кадром - это начало поставок станков и другого промышленного оборудования, а также материалов для развертывания производства оружия и военной техники на отечественных заводах. СССР понес в первый период войны колоссальные потери в станочном парке, оборудовании, резко усложнилась ситуация с сырьем. Критическая нехватка некоторых видов сырья и оборудования могла попросту сорвать целые производства. Детальных исследований в этом направлении в свое время не предпринято; все же рискну предположить, что это было намного важнее, чем собственно оружие, для приближения Победы - а значит, никакая "цена" за обеспечение проводки конвоев не представляется чрезмерно высокой.
Не вызывает сомнения, что в валовом объеме промышленного производства СССР импортные поставки по Московскому Протоколу составили мизерную часть. Однако по отдельным, как правило, самым необходимым для страны видам вооружения, сырья и материалов их доля была весьма велика. Для перестраивающейся на военный лад советской экономики отдельные недостающие компоненты имели непреходящее значение. Не случайно поэтому, военные поставки в общем объеме ввезенных в Советский Союз грузов составляли лишь пятую часть. Остальной тоннаж был занят продовольствием, цветными металлами, химическими веществами, нефтепродуктами, промышленным оборудованием - тем, что в первую очередь требовалось для организации собственного производства.
Недопоставки и потери в пути (до 10 %) были в значительной мере компенсированы "внепротокольными" грузами; номенклатура поставленного (свыше 150 наименований) более, чем вдвое превышала номенклатуру протокола Московской конференции (67 наименований).
Ленд-лизовские поставки серьезно поддержали советскую оборонную промышленность. В то время, когда значительная её часть находилась либо "на колесах", либо на этапе освоения мощностей, союзнические материалы и оборудование позволили заполнить "бреши" в производстве и стать связующим звеном в разорванных хозяйственных связях.
Американские и английские автомобили повысили мобильность Красной Армии, а ленд-лизовское продовольствие обеспечило боеспособность более 5 миллионов солдат в течение всего периода действия Первого Протокола.
Значительная часть оружия была использована для создания резервных соединений, которые оставались неприкосновенными даже в критические этапы Московского сражения. Ставка придерживала их для нанесения самого главного удара...
В августе 1941 года в Архангельск прибыли первые транспорты (шесть британских кораблей и один советский) со стратегическими грузами. Операция по их проводке называлась "Дервиш"; позже этот конвой назывался "нулевым". Первый конвой, то есть соединение транспортных кораблей, вначале получил наименование по названию операции по его проводке - "Дервиш". Но впоследствии, когда конвоям, идущим в Советский Союз, присвоили литерное обозначение "PQ", тот, первый, в документах стал именоваться "PQ-0".
Это обозначение, "PQ", возникло совершенно случайно - это был всего-навсего инициалы британского офицера, ведавшего в то время в оперативном управлении адмиралтейства планированием конвойных операций в Советский Союз, - Питера Квиллина (Peter Quellyn). Обратные конвои обозначались "QP". С конца 1942 года для введения противника в заблуждение конвои, следовавшие на Советский Север, получили литер "JW", а следовавшие обратно - "RA".
Ни реальная значимость, ни сама возможность союзнических поставок не была учтена немцами при подготовке Восточной кампании. Соответственно и не было по-настоящему серьезных приготовлений в северных районах.
Реально, к началу войны на Севере находились финский и германский отряды кораблей, практически способных к решению только одной боевой задачи: прикрытие вывоза никеля из Варангер-фьорда. Они не представляли для советского Северного флота серьезной угрозы. Финский отряд в составе одного сторожевого корабля, одного минного заградителя, двух вооруженных пароходов и двух катеров базировался на Петсамо. На Киркенес базировались четыре германских патрульных судна 17-й флотилии.
