Мягкая кровать и виски пока оставались в пределах возможного. Но вот насчет светогипноза я, похоже, размечтался зря. Комната была погружена в абсолютный мрак.
Пришлось нырять в темноту номера, скользить по полу на животе и по ходу маневра срочно доставать плазменный излучатель из кобуры под мышкой. Иксиль должен был ждать меня тут, а темнота в комнате могла означать только одно: кто-то похитил моего напарника, а сам залег где-то здесь в ожидании меня.
- Джордан? - раздался безмятежный и очень знакомый голос из глубины номера. - Это ты?
Резкий всплеск адреналина в моей крови оказался ненужным, уступил место досаде и некоторому смущению и, как вода в песок, ушел в пострадавшую ногу, где на прощание добавил мне болевых ощущений.
- Я думал, ты еще не спишь, - уныло заметил я, старательно сдерживаясь, чтобы не выдать в эфир поток цветистых выражений вроде тех, которые много лет назад обеспечили мне место на скамье подсудимых перед трибуналом.
- Я не сплю. Иди сюда, посмотри.
Тяжело, с воистину сверхчеловеческим терпением вздохнув, я поставил свой плазменник на предохранитель и спрятал оружие в кобуру. Объектом любования Иксиля могло оказаться все, что угодно: от света далекой туманности, пробившегося сквозь сияние городских огней, до удивительного флюоресцирующего паучка на оконном стекле.
- Угу, уже иду, - пробурчал я.
Вернув себе вертикальное положение, я закрыл ногой дверь и обогнул перегородку, разделяющую гостиную.
Наверное, большинство обитателей космоса сочло бы Иксиля и его соотечественников не менее впечатляющим кошмаром, чем те очаровашки-йаванни, которых я недавно покинул у таверны. Он был типичный каликси - квадратный и широкоплечий. А физиономию его неоднократно без тени лести сравнивали с расплющенной игуаной.
Сейчас, увидев его силуэт на фоне окна, я обратил внимание, что данный конкретный каликси отличается и заметной асимметрией. Одно его широкое плечо - правое - бугрилось, как у карикатурного круч- боксера, другое было более плоским.
- У тебя кого-то не хватает, - сказал я, похлопав его по покатому плечу.
- Я послал Пикса на крышу, - объяснил Иксиль.
Голос у него, как и всех каликси, был удивительно мелодичным, что абсолютно не вязалось с их страхолюдной внешностью. Честно говоря, одной из немногих оставшихся мне незатейливых радостей жизни было наблюдать первую личную встречу Иксиля с теми, с кем до того общался лишь по межзвездной связи без передачи изображения. Порой эти бедолаги выдавали совершенно бесподобную реакцию.
- Надо же, Пикса на крышу послал. - Я обошел напарника и встал справа.
Бугор на плече Иксиля тут же зашевелился, и в ухо мне ткнулся нос с длинными чувствительными усами.
- Привет, Пакс, - поздоровался я и почесал зверька за маленьким, как у мышонка, ушком.
Каликсирианское название этих животных произнести при помощи человеческого речевого аппарата было совершенно невозможно, так что я обычно звал их попросту хорьками, на которых они здорово смахивали, - у них было такое же длинное щуплое тельце и похожий мех, хотя по размеру они были не намного больше обычной лабораторной крысы. В далеком прошлом они служили каликси чем-то вроде охотничьих собак: убегали вперед в поисках добычи и, возвращаясь к своему хозяину, сообщали ему необходимые сведения.
Что отличало их от собак, грокнеров или сотен других охотничьих животных - так это уникальная симбиотическая связь между таким зверьком и его хозяином. Когда Пакс сидел на плече Иксиля, погрузив когти в толстый наружный слой кожи каликси, он напрямую подключался к нервной системе моего напарника. Иксиль мог отдать хорьку мысленный приказ, который загружался в невеликий мозг Пакса. А когда маленький симбионт возвращался и их нервные системы вновь объединялись, передача данных шла в обратном направлении, позволяя Иксилю увидеть, услышать и ощутить запах всего, что повидал, услышал и унюхал зверек во время своего отсутствия.
Вполне понятно, чем такое сотрудничество было удобно для каликсиохотников. Для Иксиля же, механика на космическом корабле, хорьки были незаменимы, когда дело касалось электрических кабелей, а также трубопроводов и вообще всего узкого и труднодоступного. Если бы работа межзвездных механиков и электриков была более популярна среди народа каликсири, соотечественники Иксиля без особого труда захватили бы это поле деятельности, как паттхи прибрали к рукам космические перевозки.
- И что же такого ты надеешься разыскать на крыше? - Я снова почесал Пакса за ухом и в миллионный раз задался вопросом: может, с их симбиозом это все равно что почесать за ухом каликси?
Сам Иксиль никогда об этом не заикался, но кто его знает...
- Не на крыше. - Напарник показал за окно своей огромной лапищей. Дальше. Вон там.
