- Понимаешь, старичок, ментовская система отторгает умных людей. Им в ней нечего делать. Посуди сам: какой нормальный человек, будет, как мы, за мизерную зарплату, которую еще и не платят, надрывать по 10-12 часов в сутки, почти без выходных, чтобы поймать каких-то жуликов, которых вскоре отпустят. Вот так мы и живем. Сначала ловим, потом отпускаем и снова ловим. Сплошной дурдом. Так что, старичок, крепко подумай перед тем как принять решение служить здесь, гробить здоровье за мифические светлые идеалы и обещания зарплаты. Но, если решишь, то не жалей не плачь. Попадаются, конечно, в нашей системе люди которые только прикидываются дураками. На самом деле они умные и выгадывают свой личный интерес. Только, как я говорил, система таких отторгает. Вот тебе конкретный пример,- Паша показал пальцем на молчаливо сидевшего на стуле милиционера-санитара, все еще раздетого и ежащегося от холода.- Он решил, что самый умный и может использовать служебное положение для личного обогащения. А так же считал, что очень хитрый, поэтому никогда не попадется. Посмотри, как он жестоко просчитался и запомни, что никого не сдают с такой охотой и удовольствием , как ментов. А теперь система пожрет своего сообразительного отпрыска и пропустит его через все круги ада. Эй, друг, хочешь, чтобы тебя пропустили через 9 кругов ада.
- Нет,- ответил задержанный, зябко поводя плечами то ли от холода, то ли от страха.
- Тогда не умничай. Колись, а иначе система, которую мы здесь представляем, тебя сожрет и выплюнет. Знаешь, наверное, как трудно приходится ментам в СИЗО. Каждый паршивый зэк норовит обидеть. Каждый контролер хочет унизить, потому что он тоже принадлежит к системе, которая на дух не переносит умников-хапуг. Ну, будешь колоться?
- Можно подумать?
- Можно, но только в СИЗО. Это у нас самое лучшее место для размышлений.
- А без СИЗО никак нельзя.
- Можно, но тогда не думай как нас обхитрить, а чистосердечно кайся.
- Хорошо. Признаю, что взял деньги от директора магазина.
- Это, друг, мы и без тебя знаем, что взял. Ты мотивы свои объясни.
- Потому что дурак,- самокритично заявил задержанный.
- Ну вот видишь, дружок, есть в тебе ментовская жилка. Значит ты еще не совсем потерянный человек. Есть надежда на твое исправление,обрадовался Бородянский.- Теперь оденься и начинай рассказывать как ты до жизни такой докатился. А наш коллега практикант будет все записывать в нормальный протокол допроса подозреваемого и на ус наматывать, что брать взятки нехорошо и что на дружеские шутки коллег обижаться не следует.
На мой взгляд, приколы Бородянского грешили однообразием. Их подавляющее большинство было связано с темой денег или отсутствия оных. Он обожал отправлять людей в бухгалтерию за несуществующей премией, к старшине за мифической компенсацией за форму, или желающим занять рекомендовал обратиться к кому-нибудь из коллег, говоря, что точно знает будто тот вчера получил крупную взятку и деньги у него есть.
Поэтому, когда Петрович объявил мне, что во второй половине дня я должен помочь Бородянскому в проведении рейда, сразу предупредил начальника:
- Пашке буду помогать только при условии, что он при вас даст слово не касаться моего имени в своих дурацких приколах.
- А в чем дело?- спросил Петрович.
- Мы с ним один раз рейдовали, так он меня потом так подставил, врагу не пожелаешь!
- Это как?
- За мной в тот день жена на работу заехала, мы с ней в гости собирались. Я куда-то отлучился, ну она и зашла к Пашке поинтересоваться на счет меня. А он в этот момент изъятые деньги пересчитывал. И не нашел ничего лучше, как брякнуть моей супруге: вот, мол, сходили с Игорем на рейд, теперь подсчитываю сколько взяток собрал. Потом пошли мы с женой в гости. Она говорит: "Давай хозяевам мартини купим, они его любят". Я отвечаю: "У меня денег нет". А она мне заявляет, что это раньше дура была, когда верила будто мы честные менты, а не всем остальным гражданам, уверенным в обратном. Но теперь ей Бородянский глаза раскрыл на наши делишки. В общем, теперь моя супруга требует с меня не только зарплату, но и все полученные взятки. И никаких оправданий слушать не хочет.
Петрович посмеялся, потом повернулся к Бородянскому, грозно нахмурился и потребовал:
- Павел, дай слово Игорю. И вообще, чтобы таких шуточек в моем отделении больше не было! О нас на самом деле черти-что думают, а тут еще ты усугубляешь общественное мнение. Понял?!
- Так точно, Владимир Петрович. Все понял, больше не буду!отрапортовал Бородянский, приложив руку к пустой голове.
