Циля вытащила из багажника сумку и чемодан и окликнула Лизавету, которая направилась было к подъезду:
– Лизочка, помоги мне!
Дочь глянула сердито, но послушно вернулась и подхватила чемодан. Вытянула ручку и покатила его по неровному асфальту.
Лиза и Оська только что вернулись из Израиля от родственников, и Циля встретила их в аэропорту. По дороге домой она успела рассказать Лизавете все последние новости, в том числе о том, что ее лучшая подруга и соседка Настя уехала с матерью в Германию. Это известие порядком испортило девочке настроение. Вот как, со злостью думала она, некоторые тут в Москве париться будут, а некоторые в Германии по магазинам гуляют, веселятся… То-то Настька последние несколько дней даже в чат не выходит…
Оська, чьи тощие плечи оттягивал тяжелый рюкзак, крался вдоль тротуара, не выпуская старшую сестру из поля зрения. Он уже несколько дней жил в роли агента МОССАДа, смелого и бесстрашного сотрудника одной из самых мощных спецслужб мира. По этому случаю он экипировался темными очками, рацией, наушник от которой был воткнут в ухо, и пистолетом. Оська озирался по сторонам и не опускал оружие, так как охранял Лизку, за которой наверняка охотятся враги.
Лиза была уже у подъезда, когда дверь распахнулась. Оська отважно бросился вперед и, громко крикнув «Сдавайся!», наставил пистолет на женщину, появившуюся из темного подъезда. Та от неожиданности шарахнулась назад, взвизгнула и уронила мобильный телефон, который сжимала в руке. Лизавета, которая не смогла вовремя затормозить, так как чемодан тянул ее в сторону, наступила на открытый мобильник. Послышался хруст. Женщина опять завизжала, но в этот раз злобно и членораздельно, хоть и нецензурно.
– Ой, извините. – Циля выдвинулась вперед, прикрывая собой Оську и Лизу. – Дети не нарочно! Так неловко получилось. Давайте мы вам новый телефон купим.
Женщина заколебалась было, но тут из подъезда донеслись неясные хриплые звуки, и она, испуганно оглянувшись, поспешила прочь.
– Подождите, давайте хоть я вам деньги отдам… – Циля, как женщина справедливая, не собиралась ругать детей за то, что очевидно явилось неприятной случайностью, но материальные потери, нанесенные собственными отпрысками, готова была компенсировать. Однако злобная дамочка уже заворачивала за угол.
Зато из подъезда вывалился Марк.
– Ой, здрасте, Марк Анатольевич, – сказала Лиза, с некоторым удивлением взирая на бледного и растрепанного соседа.
– Марк… – Циля воззрилась на мужчину с тревогой. – Что с вами?
– Я, кажется, спугнул воровку, – пробормотал Марк, мутным взглядом обводя улицу. – Застукал ее подле тети-Раиной двери… Она меня по голове огрела и убежала. Не видели?
– Ой! Так это она и была! Мамочки! – Циля, запоздало испугавшись, подтянула к себе Оську, который как раз подобрал разбитый телефон. – Брось эту гадость! Вдруг он… засвечен в других кражах!
Марк с трудом сфокусировал взгляд на аппарате.
– Это она уронила?
– Да, представляете, она так неожиданно появилась, а тут мы идем, ну и не разошлись.
Марк забрал у мальчишки телефон, сунул себе в карман и повернулся, чтобы вернуться домой. Хорошо, что Циля не видела идиотски счастливой улыбки, которая расплылась у него на лице.
– Ой, так надо же полицию вызвать! – спохватилась Циля.
– Зачем? – вскинулся Марк.
– Так нападение и ограбление!
– Мама, какое ограбление, она была с пустыми руками, не считая дамской сумочки, – резонно возразила Лизавета.
– Я ее спугнул. А голова заживет, – быстро добавил Марк. – Давайте не будем связываться с нашей доблестной полицией, а то проблем станет только больше… И надо бы взглянуть все же, что там у тетушки в квартире… – Он кивнул в сторону подъезда. От резкого движения опять закружилась голова, соседка вовремя подставила пышное плечо, и пострадавший Марк с удовольствием предоставил себя заботам Цили и Лизы.
Вытянувшись на кровати с пачкой масла из морозилки на голове (вместо льда), он послушно принял из рук соседок анальгин, выслушал отчет о том, что в тетушкиной квартире как Мамай прошел, но непонятно, пропало ли что, так как «там полно хлама», по словам Лизы. Циля, бросив укоризненный взгляд на дочку, быстро затараторила:
– У тети Раи много красивых вещей, антиквариат… а то, что еще не антиквариат, скоро им станет… Но я вот так сразу не могу сказать, что пропало, хоть в квартире была много раз.
– Вы дверь заперли? – с тревогой спросил Марк.
– Конечно! – Циля с негодованием тряхнула рыжими завитыми волосами. – И сигнализацию включила… Я код знаю, вы не волнуйтесь, я сама его тете Рае посоветовала: и просто, и забыть невозможно советскому человеку.
– А вот интересно, откуда воровка знала код… Ведь дверь не взломана! – протянула Лизавета.
Марк встревоженно заерзал и даже застонал тихонько, и соседка мгновенно зашикала на девочку:
– Не видишь, человеку плохо, а ты тут со своими глупостями! Марк, давайте я вам врача вызову.
– Нет, не надо врача… Отдохну, и все пройдет.
– Хорошо-хорошо! Пойдем, Лизочка. Марк, вот я вам тут на столик поставила чай, водичку, обезболивающее, телефон городской, мобильник и ноутбук. Ну, еще фруктов помыла, если покушать захотите, так чтоб не вставать. Если что – звоните мне, я сегодня дома и прибегу сразу.
– Спасибо вам, – искренне сказал Марк.
– Да что вы! Мы же соседи, и так давно, что почти родственники! – Циля одарила его улыбкой, заботливо поправила плед и пошла к двери, подталкивая перед собой задумчивую Лизавету.
Марк сохранял позу поверженного героя до тех пор, пока не услышал, как хлопнула входная дверь. Выждав для страховки еще пару минут, он схватил телефон и принялся названивать Лане и Насте. Недоступны. Попробовал скайп, но оказалось, что девочки не в Сети. Вздохнув, он опять пристроил свою несчастную и больную голову на подушке и попытался рассуждать. Итак, негодяйка Любка требовала у него статуэтку, которую тетя Рая привезла из Черновцов. Причем совершенно конкретную. Она так и сказала кому-то: «Упустил своего ангелочка». А ведь речь-то, похоже, идет как раз о купидоне, которого он собственноручно доверил почтовой компании и которого Лана сегодня будет торжественно вручать в качестве подарка на свадьбе Таты и Томаса. Марк нахмурился и попробовал телефоны еще раз. Нет, девочки его гуляют на свадьбе и к телефону подходить категорически не хотят. Но что такого в той статуэтке? Он припомнил толстощекого мальчишку с луком и кудряшками на бронзовой голове. Видимо, статуэтка представляет большую ценность, чем думали тетя и ее сестра. Но кто же охотится за ангелочком? Надо бы поподробнее расспросить тетушку о визите к родственникам.
Марк медленно сел. Голова болела, и при резких движениях перед глазами возникала темная пелена. В таком состоянии вести машину немыслимо. Он вызвал такси, попросил водителя подняться и помочь с вещами, доложился Циле, что уезжает обратно в Подмосковье, выслушал ахи-охи и, проглотив ударную дозу обезболивающего, стал ждать машину.
