Эйх Шенред почувствовал, как у него закружилась голова, как захотелось лечь и уснуть. Вот просто лечь и уснуть. И что такого, в самом деле? Ведь он столько боролся, страдал… Да он попросту устал! В самом деле, сколько же можно? Вот он сейчас ляжет и немного поспит. А потом проснется и…
Ловушка была примитивна до безобразия, зато поставил ее иерарх мгновенно и сил вложил столько…
Маг отшагнул в сторону, стряхивая с себя чужие липучие чары, где в сонной дреме ласковый голос все еще бормотал об усталости и необходимости сна. Шагнул в сторону, чтобы заметить взметнувшиеся в боевом пассе руки иерарха, невероятно красивые руки, окруженные золотистым сиянием.
На них хотелось смотреть. Замереть в восхищении и просто смотреть, ничего не делая… Ведь они для того и существуют, эти руки, чтобы смотреть… восторгаться…
Застонав от напряжения, маг стряхнул и эти чары. Он как раз успел выставить защитное заклятие. Золотистые черви с лицами младенцев, выплеснувшиеся из ладоней иерарха, перехватила незримая сеть. Перехватила, спеленала… Маг вскинул собственные руки, подхватил получившиеся свертки, оторвал их от иерарха и отбросил в стороны.
— Как видишь, сиськи мне не мешают! — воскликнул он.
Из живота иерарха метнулась стремительная серая молния. Она угодила в живот мага. Эйх Шенред вздрогнул и замер. Кончики его пальцев вспыхнули зеленоватым светом и тотчас погасли.
— Я думал, ты ударишь, — с презрением в голосе промолвил иерарх. — А ты — про сиськи… Ну, и кто из нас недоумок?
Эйх Шенред открыл рот, намереваясь что-то сказать, но изо рта выплеснулась кровь…
— А большой Ритуал я и без тебя… — Иерарх вдруг странно замолк. Так, в молчании, он смотрел, как соблазнительное женское тело валится на землю безнадежно мертвым.
— Хорошо, что здесь нет других вампиров, не то пришлось бы сейчас кровь лакать, — проговорил иерарх странным голосом.
И огляделся по сторонам.
Вокруг и впрямь никого не было.
Эйх Шенред глубоко вздохнул и потянулся, привыкая к новому телу.
— Кто из нас недоумок, ты спрашивал, — блаженно промурлыкал он. — Теперь ты, должно быть, знаешь ответ. А твоя расчудесная Стая теперь точно будет лизать мне руки… Благодаря тебе и твоим стараниям, она уже далеко не так бессмертна, как раньше.
Эйх Шенред прислушался к ощущениям, исходившим от его приобретения, и подумал, что такое тело идеально подходит для разведки и битвы, для того, чтобы собрать и возглавить тварей, для того, чтобы одурачить и подчинить жрецов Стаи и, если понадобится, для попытки обмануть других иерархов, но жить в этом теле он не хочет. В теле иерарха было холодно и пусто, как в железной башне с гладкими стенами посреди зимы.
Что ж, он все равно намеревался подыскать себе новое, а тут такой случай. Пытаясь его уничтожить, иерарх разорвал дурацкое заклятье, наложенное недоучившейся ведьмой и сделавшее Эйха Шенреда обладателем роскошного бюста и всего того, что к этому бюсту прилагалось.
— Нет, я и впрямь был бы не прочь обладать этим телом, но только в совершенно другом качестве и при других обстоятельствах… — с ухмылкой пробормотал маг, разглядывая окровавленный труп у себя под ногами. Труп уже начинал меняться. Магия, удерживавшая его в женском облике, понемногу рассеивалась.
— Еще немного, и он вновь превратится в того придурка, в которого я когда-то вселился, — пробормотал маг. — Разница лишь в том, что тот был мертвецки пьян, а этот просто-напросто мертвый…
«А иерарх-то хорош! Обрадовался! Решил, что, уничтожая мое тело, он уничтожает и меня! А за собственным телом и не подумал приглядывать. Недоумок и есть! Все это время смотреть на меня в похищенном теле и не подумать, что я ведь могу и повторить! Прояви он хоть элементарную осторожность… Но нет, ему хотелось поскорей меня уничтожить! Он так обрадовался этой возможности! Очень, видать, боялся, что я доложу Стае обо всех его упущениях.
Если бы он только знал, что Стая уже не та, что раньше… Как же хорошо, что я догадался не сообщать ему о связи этой спящей красавицы и бессмертием его ненаглядной Стаи».
