Когда отряд отправился дальше в путь, Гаскон поспешил рассказать девушке из-за кого та оказалась завалена снегом. На сжавшиеся в проявлении злости кулачки, он успокоил ее заверением, что сам отомстил за нее, как и весь отряд. Через несколько дней лекарство подействовало, и к девушке вернулся ее привычный задорный голос к счастью самой его обладательницы. Ведь, пока она до конца не выздоровела, Мэва, Рейнард, Гаскон и даже Уэверт не пускали ее в битвы и даже не разрешили ей участвовать в решении спора по поводу высоты гор-близнецов. Но, когда до Длинного моста осталось рукой подать, Лиса уже полностью выздоровела и старалась наверстать все упущенное.
Приблизившись к Длинному мосту, Мэва велела трубачу возвестить о своем прибытии, после чего направилась в шатер, чтобы привести себя в порядок. Там ее уже ждали Гаскон и Лиса. Они стояли у карты и с жаром о чем-то спорили.
— У нас в лагере не нашлось больше карт? — спросила королева, складывая руки на груди, у нее не было настроения сейчас разбираться с этой парочкой.
— Думаю найдется, не переживай, — заверил ее Гаскон. — Я лично зашел сюда случайно, без цели. Так поболтать. А Лисенок… Ну, знаешь, Мэва, ее вообще нельзя одну надолго оставлять…
— Я так-то здесь, милый, — насупилась разбойница.
— Я тоже так-то здесь, — злилась королева. — И предлагаю вам точно так же случайно выйти отсюда. Я должна переодеться. Скоро я встречаюсь со старостой, и не хочу выходить к нему, смердя конским потом.
— Не думаю, что он почувствует разницу. Уж я знаю, что говорю… Когда мы виделись в последний раз, я старался стоять от него с подветренной стороны. У него тот еще душок, — болтал кобелиный князь, пока Лиса продолжала вглядываться в карту.
— Милый, хорош уже, — попыталась остудить пыл парня главарь лисов. — Говори, что хотел и пойдем уже отсюда… Встанем с подветренной стороны, — подколола она его.
— Ну, Лисенок, я тут настроение Мэвы хотел поднять, шутки шучу, — девушка подняла недоверчиво левую бровь, он послал воздушный поцелуй рыжей и повернулся к королеве уже серьезным. — Есть кое-что, о чем тебе точно стоит узнать, прежде чем идти к Бруверу. Я внимательно осматривал оба места, в которых мы истребляли чудовищ. И знаешь, что привлекло мое внимание?
— Что же? Монументальная краснолюдская архитектура? — язвила королева, показывая, что тоже умеет шутить.
— Нет, дорогая Мэва. Краснолюдские кости. А теперь угадай, что я заметил на них.
— Не подсказывай… Следы зубов? — королева ждала, когда маска серьезного Гаскона спадет, и покажется обычный весельчак кобелиный князь, который в очередной раз пытается плохо шутить.
— Разумеется, чудовища обглодали их дочиста… Именно поэтому так хорошо стали видны другие следы: от топоров и мечей. На всякий случай я показал эти кости медикам… Об ошибке и речи быть не может.
— Конечно. Это трупоеды. Они приходят туда, где уже есть тела умерших, — вмешалась Лиса, — Этот клан Фуксов погиб вовсе не при нашествии бестий из глубин… Те только сожрали тела и заняли пустые дома, — Гаскон согласно кивнул на слова девушки.
— Я поделился своим открытием с Габором… И знаешь что? Он запаниковал. Начал выкручиваться, плести какую-то чушь… — парень продолжал свой рассказ. — Руку даю на отсечение, он что-то скрывает.
— Да, — согласно кивнула разбойница. — Он что-то скрывает это точно. Но мне он открыто не врал, только что-то недоговаривал…
— Черт… С самого начала он так рвался нам помочь… Мне надо было сразу почуять неладное, — сокрушалась Мэва. — Сейчас я прикажу привести его сюда, а пока что… Спасибо, Гаскон. Я тебе этого не забуду.
Минутой позже Габор предстал перед королевой. Сперва он пытался ее провести, отвечал уклончиво, но Мэва продолжала задавать вопросы, требовавшие точных ответов, а Лиса каждый раз пристально смотрела в его глаза, и под таким напором Габор сдался.
— Да… Я обманул тебя. По приказу старейшины нашего клана. Я должен был убедиться, что ты уничтожишь Грань Бороса и Глубины Давора. Так, чтобы не осталось никаких следов…
— Вы… вы… — неверующе смотрела на краснолюда рыжая разбойница.
— Следов чего? Что вы хотели скрыть? — не понимала королева.
— В этих местах жили краснолюды из клана Фуксов, наши смертельные враги. Поколениями они гнобили нас, унижали, забирали все, что хотели и когда хотели… а староста все это видал глубоко в гузне. Чтобы покончить с этим, наш клан… покрыл себя несмываемым позором. Старейшины Зигринов улучили момент, и…
— Устроили резню, — тихо закончила Лиса, сжимая ладонь Гаскона, стараясь унять весь ужас, который она представила.
— Я был против, я не принимал в этом участия! — оправдывался Габор.
