«Что? Неужели это всё? Он меня вычислил?» Сердце замерло испуганно, но я продолжила удивлённо улыбаться.
Как трудно держать лицо при провале. Но деда всегда говорил: «Если тебя поймали, до последнего не признавайся. Даже если всё очевидно, стой на своём, да так уверенно, чтобы и поймавшие усомнились в своей правоте».
— Какой досмотр? — спросила, изобразив совершенно невинно-ошарашенный вид.
— Самый что ни на есть настоящий, — загадочно прошептал герцог, обнимая за талию.
— Но зачем? — продолжила держать хорошую мину при плохой игре, упёршись ему кулачками в грудь.
— По долгу службы, моя коварная, по долгу службы.
«Мама дорогая, не стоило мне заигрываться с герцогом! Ой, не стоило…».
— Но… — собралась было выразить свой протест.
Однако этот тип приятной наружности, но со злодейскими намерениями, неожиданно подхватил меня и с легкостью усадил на стол.
А я лишь молча следила за его действиями. А что ещё могла? Камешек вот он, совсем рядом, стоит герцогу опустить ладонь на пару сантиметров ниже талии, и он с легкостью сможет нащупать мой бриллиантик.
Пока я тупо улыбалась, мозг панически искал выход, а сердце трепыхалось где-то там, в пятках. Его сиятельство меж тем неторопливо начал свой досмотр. Поднял мою ножку и снял туфельку.
— А что это вы делаете? — спросила, стараясь, чтобы мой голос был ровным, но вышло хрипло с натугой.
— Иногда в женских каблучках, — профессионально постукивая по туфельке, объяснил очень даже вежливо, — бывают небольшие такие пространства, куда можно спрятать что-нибудь.
А у меня вновь кровь от лица отлила. Я ведь хотела одеть на маскарад как раз туфли с подобными тайниками, но в последний момент передумала — в них бегать нелегко.
— Будьте добры, налейте шампанского, — выдавила совсем хрипло, голос не желает меня слушаться.
Горло пересохло по-настоящему, и притворяться не надо.
Герцог пристально на меня посмотрел, но всё же отложил в сторону туфельку и налил два бокала. Один подал мне, перед этим цокнув своим бокалом о мой. Не сводя с меня глаз, сделал несколько глотков, и, отставив свое питье, вновь вернулся к туфелькам. Я с тоской проследила за его напитком.
«Эх, и почему я взяла только один флакончик снадобья? Сейчас бы очень пригодилось снотворное, ну, или слабительное».
Дед учил меня никогда не сдаваться, и я усвоила его уроки. В то время, когда сыщик снимал и осматривал вторую туфлю, незаметным движением, вынула камень из кармашка и бросила в свой бокал с шампанским. Жидкость внутри бокала забурлила от постороннего предмета. Я испуганно поднесла напиток ко рту, наблюдая за герцогом, но тот, к моей радости, не обратил абсолютно никакого внимания на меня, увлекшись изучением моих туфелек. Подождала, пока успокоятся пузырьки и немного отпила, хотя было огромное желание осушить до дна. Но вовремя себя остановила — надо быть в трезвом уме, отсюда же ещё убираться как-то придётся.
Стало немного легче. Теперь, даже если камешек обнаружится, красиво сыграю безмерное удивление, что рада де подарку от его сиятельства. Да ещё и пожурю: только зачем же было его в шампанское класть.
Герцог меж тем, закончив с туфельками, взялся за ножки. Моё состояние шока ещё более усугубилось, когда он нежно повёл руками по ноге вверх.
— Что вы делаете? — воскликнула на повышенных тонах.
— Чулочки, моя леди, тоже удивительное место, где можно спрятать массу интересного, — пояснил он с таким довольным видом, словно кот, лакающий сметанку.
«Ох, ты ж, охальник! Бесстыдник! Да, он просто играется со мной!»
Только в противовес мыслям от прикосновений по телу разливалось завораживающее тепло, будоража чувства, что захотелось прикрыть глазки и замурлыкать, забыв обо всем на свете.
Собрала остатки воли в кулак. «Нет, меня просто так не возьмёшь!» Остановила его руки, прижав своими ладонями к… бёдрам.
— Вы слишком многое себе позволяете! — заявила грозно, набрав в лёгкие побольше воздуха, собираясь противостоять этому искусителю.
— Ну что вы. — ответил он слегка огорчённо, ведь ему прервали такое приятное занятие, и добавил, вернув на лицо саркастическую улыбочку: — Это всего лишь моя работа.
— Работа? — Возмущению моему нет предела. — «Вот же, нахал!».
— Да, моя леди, — добавил он проникновенно.
Однако руки с бёдер таки убрал, но лишь для того, чтобы в следующую минуту, делая вид, что обнимает, прощупывать верх юбки моего платья.
А ведь там потайной кармашек. Выражение лица его сиятельства стало ещё красноречивее, он расплылся в широкой улыбке, довольно глядя мне прямо в глаза.
«Обнаружил, гад! Только камешка там уже нет!».
Кровь стучала в висках, в голове шум. И уже не знаю от чего больше: то ли от страха, то ли от близости Давея.
«Может, закричать что есть силы: Спасите! Помогите! Насилуют! Только кто ж осмелится меня от герцога спасти? Сомневаюсь, что такой храбрец найдется. Разве что, на шум стража сбежится. Но что мне это даст? Ничего. А хуже того — загребут ещё в контору. Нет, этот вариант спасения не подходит».
