На Людмилу он не смотрел, правда, не забывая при этом обнимать ее рукой за плечи. Все внимание было сосредоточено на лице Леонида, которое он мог прекрасно видеть со своего места в зеркале заднего вида. Тот молча и сосредоточенно вел автомобиль в сторону Шереметьева, созерцая убегающий под шуршащие колеса раскаленный асфальт трассы.
Он, Охотник, свою работу уже закончил. Или почти закончил. Оставались какие-то считаные минуты. Далее эстафету автоматически принимал Леонид, и дальнейшая судьба девушки его мало волновала. Однако он знал, что и как должно произойти с ней впоследствии. Справится ли Леня со своей ролью? Со своей несложной, но ответственной задачей? Неизвестно почему, но в последнее время Охотник чувствовал недоверие к партнеру. Чувствовал, как тот неумолимо сдает в моральном плане. Это непрофессионально. Надо намекнуть об этом Олегу… Хотя какое, собственно говоря, ему до этого дело? Он стал слишком ответственно относиться к своим обязанностям. Это нехорошо. Это – излишне. В целом это не его игра!
Он улыбнулся одними уголками губ. В прямой видимости уже показалась территория аэропорта.
– Билет, малыш. – Он поцеловал ее в висок. – Выйдем из машины, возьми у Лени мой билет. И главное, не отставай. Я не хочу потерять свою любовь по причине безумной, снующей взад-вперед многочисленной толпы москвичей и гостей нашего города. Леня, – его голос сделался строгим и требовательным, – Людочка на твоей ответственности. Если надо, возьми ее за руку.
– А ты? – Она повернула голову.
– Я в кассы. Есть у меня там один надежный прихват. Времени, конечно, в обрез, – он взглянул на часы, – но бронь – великая штука.
– А также блат и деньги, – с улыбкой подхватил Леонид.
Охотник недовольно посмотрел в затылок партнера.
– Да, и это тоже. Короче, я, как только управлюсь, сразу отзвонюсь. А ты от Лени ни на шаг…
– Как скажешь, милый.
– Я тебя обожаю. Могу спорить, что из тебя получилась бы самая идеальная и покладистая жена в мире.
– Мне можно расценивать это как предложение? – лукаво прищурилась Людмила.
– Все может быть.
Леонид припарковал «БМВ» на стоянке. Охотник вышел первым. Затем помог выбраться из салона Людмиле. По привычке зорко и пристально огляделся по сторонам. Народу сегодня было много.
– Подожди, Миша. – Она взяла его под локоть. – А как же виза и все такое?
Он только улыбнулся. Леонид уже поставил автомобиль на сигнализацию и приблизился к ним.
– Для бизнесменов, часто пересекающих заветный рубеж, таких проблем не существует, – с ходу подключился к беседе он. – Дайте мне ваш паспорт, Людочка. И ни о чем не беспокойтесь.
Она и не думала беспокоиться. Раскрылась миниатюрная дамская сумочка из плотной светло-коричневой кожи, и документы Людмилы перекочевали в руки Леонида. Он вложил в них и билет, после чего все вместе сунул в задний карман своих брюк.
– Мои бумаги у тебя? – Охотник кивнул на «дипломат» в левой руке Леонида.
– Все здесь.
– Тогда расходимся.
Они вошли внутрь здания шумного и гомонящего на разные лады аэропорта. Кто-то суетился, подхватывал чемоданы и бежал в нужном направлении, кто-то, напротив, сонно восседал в зале ожидания. У каждого присутствующего в Шереметьеве были свои дела, свои интересы. А также свой собственный темперамент и определенные яркие черты характера. Аэропорты и вокзалы – самое идеальное место познать жизнь во всем ее многообразии.
Охотник притянул Людмилу к себе и поцеловал ее в губы. В последний раз! Интересно, как бы она повела себя, если бы знала, что это его последний поцелуй, адресованный именно ей? Вопрос, на который не суждено было получить ответ.
– Не скучай. – Он легонько коснулся пальцами ее подбородка с манящей ямочкой. – Я скоро.
– Я все равно успею соскучиться. – Людмила капризно надула губки.
– Приятно слышать.
Он улыбнулся. Затем развернулся, автоматически поправил ворот рубашки и двинулся в левую сторону к кассам аэропорта. Леонид взял девушку за руку, и они пошли вправо, к турникетам.
Не дойдя всего какой-то метр до касс, Охотник оглянулся и решительно свернул в сторону застекленного бара. Сверился с наручными часами. Высокая женщина с каштановыми вьющимися волосами и широко распахнутыми глазами, занимавшая свое рабочее место за стойкой, встретила его улыбкой. Он ответил ей тем же.
– Пятьдесят грамм «Абсолюта», апельсиновый сок и кофе.
Она исполнила заказ. Не отходя от стойки, он подхватил пальцами рюмку на высокой ножке и опрокинул ее содержимое в рот спокойно, без всяких лишних эмоций на лице. Запил апельсиновым соком. Половина ярко-оранжевого напитка осталась в стакане, но он отодвинул его в сторону. Потянулся к чашке крепкого кофе.
– А можно добавить еще ложечку сахара? – попросил он глазастую барменшу.
– Конечно.
