– Да, Норико-сама? – в который раз за сегодня удержала она вздох.
– Как ты смотришь на то, чтобы стать моей личной служанкой? – спросила Норико.
– Это не так просто, Норико-сама, – ответила Асами. – Для подобного требуется пройти специальный ритуал. В ином случае вряд ли Аматэру-сама примет меня.
– Да ладно тебе, – отмахнулась Норико. – Я его уговорю. Он столько людей в слуги рода принял, а я что, не могу одну девушку своей служанкой сделать?
– Норико-сама… – произнесла Асами осторожно. – Это неправильно. Я не человек. Ёкаи… Мы слишком зависимы от своей сути.
– И что в этом такого? – нахмурилась Норико.
– Мм… Для примера, – осторожно подбирала слова Асами, – достаточно сильный ёкай или даже человек может подавить мою волю, после чего отдать приказ убить вас. И я ничего не смогу с этим поделать.
– О как, – удивилась Норико. – А Синдзи это знает?
– Наверняка, Норико-сама, – ответила Асами. – Хотя ручаться не буду.
– Тогда да, вряд ли он даст добро, – задумалась Норико. – Да и я на такое не пойду. Хорошо, ну а что там с нужным ритуалом? Хотя нет, подожди, ты вообще принципиально-то хоть согласна на мое предложение?
Ответа на этот вопрос у Асами не было. Даже странно. Не получалось у нее с ходу ответить отказом. Всю жизнь она перебивалась разовыми контрактами, даже во время различных войн выступала именно как наемник – и тут такое! Слишком неожиданное предложение. До этого момента и в мыслях не было пойти кому-нибудь в услужение. Не то чтобы она была против, просто никогда не думала о подобном. И вот оно случилось, предложение поступило. Пора думать. Чему, к слову, Норико-сама не мешала, терпеливо ожидая ответа.
Если Асами станет слугой человека, то это надолго. Норико-сама довольно молода и проживет еще немало. К моменту ее смерти Асами сама будет старухой – полжизни как-никак за плечами. И что потом? Что делать старой инугами, полжизни прослужившей человеку? А что делать той же старой инугами, всю жизнь проработавшей наемником? Да то же самое – искать свою смерть в бою. Не то чтобы у таких, как она, было позором умереть своей смертью, просто инугами привыкли бороться до конца. Либо служить до самой своей смерти. Праздная жизнь допускается только во время отдыха.
Правда, тут был еще один момент. Покосившись на живот Норико, Асами задумалась о потомстве. Ей тоже хотелось бы иметь ребенка, и проблем с зачатием у нее не было. Вопрос в другом – ребенок будет жить с ней, на первых порах, во всяком случае, и Асами не знала, как повлияет на ребенка окружение. Вряд ли он будет часто видеться с другими инугами. Сможет ли она в одиночку донести до своего дитя мировоззрение и философию их вида? Не пойдет ли ему во вред то, что он растет среди людей? Не должно, по идее. Слишком многое в них заложено на уровне рефлексов.
Ладно, предположим, с ее потомством все будет в порядке, а что насчет нее самой? Нужно ли это ей?
Как ни странно, решение было принято довольно спонтанно. Столько дум, столько размышлений, но стоило Асами посмотреть на светящееся от возбуждения лицо Норико, и слова вылетели из ее рта сами собой:
– Я согласна, Норико-сама. Это будет интересный опыт.
Ну а с единственной проблемой в виде будущего потомства, которого может и не быть, она будет разбираться по ходу дела. Как инугами всегда и делают.
Из Токусимы я уезжал с информацией о здоровье Атарашики. Магическая медицина, как и ожидалось, показала, что у старухи все хорошо. Для ее возраста. Тануки, который проводил обследование, еще и бумаги вместе с Атарашики передал, и в них, помимо каких-то магических и вполне себе человеческих медицинских терминов, присутствовало словосочетание «идеальное состояние», но в восемьдесят с лишним лет ничего идеального нет. Так что для себя я сделал вывод о хорошем состоянии для ее возраста. Ничего удивительного, кстати. Пользователи бахира вообще живут подольше обычных людей, а тут еще и аристократка с деньгами, которая следит за здоровьем. Плюс не стоит забывать об амулете, который помог Атарашики, он тоже, поди, что-то подправил в ее организме. Естественно, есть возрастные… не то чтобы болячки… В общем, к примеру, сосуды у Атарашики дряхлые, но это уже не исправить, возраст не тот.
Так что домой я возвращался со спокойной душой. Вывод целителя был ожидаем, но мало ли.
У ворот особняка нас с Хирано встречали только Раха, пара слуг у нее за спиной, старик Каджо и Ёсиока Минору – глава семьи, что отвечает за особняк. Это если не считать Бранда, который уже терся о мои ноги, и Идзивару, гордо восседавшего на каменном заборе. Рейка и Казуки в это время учились, так что присутствовать не смогли.
– С возвращением, – поклонилась Раха.
А вслед за ней и слуги.
– Я дома, – улыбнулся я ей. – Есть что-то срочное?
