- Покупаем! - призывно провозгласил Аронов. - Я давно мечтал о майке из тектеля! В Париже такая стоит пятьсот пятьдесят франков, в переводе на "зеленые" - сто с небольшим долларов. А здесь - сто двадцать... всего сто двадцать. Цена божеская, не намного дороже парижской.
- Дорого! - ворчливо произнес Каукалов. - Нам с тобой деньги достаются нелегко. Транжирить их мы не имеем права.
- Но это же последний скрип, последний писк моды! Дешевле майки не будут - будут только дороже. Ведь они же из ткани фирмы "Дюпон". Знаешь, чем хороши тактелевые майки? Человек в них никогда не потеет. В хэбэ потеет, в шелке потеет, в шерсти потеет, а в тактеле нет. Ткань всю жидкость, весь пот выталкивает на поверхность, тело остается сухим.
Каукалов заинтересованно помял майку и неожиданно согласно наклонил голову.
- Ладно. Уговорил. Берем по одной штуке.
- По паре штук!
- Кому по паре, а кому - одну. Каждому - свое.
Помыкивая под нос незамысловатую мелодию, Каукалов выбрал майку с популярной надписью "Хуго Босс", потом, немного подумав, решил все-таки взять и вторую майку, чтобы не отставать от напарника, - с изображением пляшущих, призывно мерцающих человечков - даже при самом малом движении человечки эти отбрасывали в пространство пучки света, вспыхивали разноцветным пламенем, играли радужно и гасли.
- Это называется "эффект дьявола", - пояснил Аронов.
В тот день они купили все, что требовалось пришедшему из армии Каукалову: костюм для парадных выходов и шелковую куртку, брюки с модными пузырями на бедрах и туфли из лаково поблескивающей добротной кожи - так называемой шлифованной, американские джинсы фирмы "Левис" и кроссовки "адидас", сработанные под китайские кеды - "крик, писк, стон", как восторженно отметил Илюшка Аронов.
Когда со свертками подъехали к дому, Каукалов со вздохом вывернул карманы брюк.
- Все! Пусто, как в почтовом ящике после новогодних праздников. Что у меня имелось - все спустил...
- А почему это в почтовых ящиках после новогодних праздников бывает пусто? - Аронов в недоумении потер лоб. - Не усеку никак.
- Да потому, что почтальон долго не приходил.
Старым, уже испытанным способом - с помощью удавки. - Каукалов с Ароновым добыли "жигули" - долго присматривались, выбирали, как на рынке, и наконец выбрали вишневую, с пластмассовыми широкими молдингами, наклеенными на корпус, "семерку" (попали в точку: и сама машина оказалась новая, и мотор у неё был что надо - когда Каукалов нажимал ногой на газ, машина буквально выпрыгивала у него из-под зада, резко устремляясь вперед)...
- У тебя безошибочное чутье! - похвалил Каукалова напарник. - Все время попадаешь в яблочко!
- Похлебай в армии баланды с мое - и у тебя чутье появится, довольно угрюмо отозвался на похвалу Каукалов.
- Ты чего, не с той ноги встал?
В ответ Каукалов пробурчал что-то невнятное, но когда подъехали к гаражу старика Арнаутова, оттаял и, загоняя "семерку" внутрь, похвалил машину:
- Нормальный агрегат!
- То, что доктор Коган прописал, - подхватил Аронов.
В следующий миг он неожиданно мучнисто забелел бледными осунувшимися щеками: на него накатила картина только что совершенного убийства. Ему пришлось какой-то черной, с облупленной краской железкой - деталью неведомого станка глушить владельца "семерки" - краснолицего, с покатыми толстыми щеками, плохо выбритого человека, одетого в старенький костюм и такую же старенькую рубаху-ковбойку.
Аронов бил его железкой в висок, отчетливо слышал, как под ударами с тупым хряском лопается кость, слышал также рвущееся дыхание водителя и не понимал, как можно после таких ударов ещё дышать, сипеть, выворачивать усталые красные глаза, чтобы увидеть лицо своего убийцы. Нет, все-таки человек - чрезвычайно живучее создание. Такая живучесть не укладывалась в голове Аронова, сам бы он скончался после одного слабенького удара... А этот все живет и живет!
Тело убитого водителя сбросили в Яузу, там же в Яузе с мылом вымыли руки, ополоснули лица.
- То, что доктор Коган прописал! - повторил Аронов, глядя в глаза старику Арнаутову.
- Насчет доктора Когана не знаю, но что это за машина - покажет матушка-жизнь, - пробурчал старик Арнаутов, заглядывая в салон. - Ладно, завтра вечером можете забирать машину, на прежнюю "семерку" она будет похожа не более, чем юный ангел на меня.
- А документы?
- Олечка Николаевна распорядилась и насчет документов, - сказал Арнаутов. - Получите все, весь пакет - и номера новые, и техпаспорт, и даже чек об оплате автомобиля, - все, словом...
- Вот это класс! - восхитился Аронов, но тут же осекся, придавленный тяжелым взглядом напарника.
- Ты выпить не хочешь? - спросил Каукалов у Ильи, когда они очутились вдвоем в черной московской ночи.
- Я "за", - ответил напарник.
Они добрались до центра, заглянули в какой-то шумный крохотный кабачок. К ним подскочил официант, с глазами врастопыр, наряженный в красную, с косым стоячим воротником, как у трактирного полового, рубаху.
