Александр Шохов
ОХОТА НА ПЛАНЕТЕ БИОМЕНОВ
Должен признаться, что не ожидал той бездны нелепостей, которая тотчас по прибытии на меня обрушилась. Я, конечно, был наслышан о том, что здесь бывает непросто контролировать ситуацию, но, согласитесь,- когда вас в космопорте встречает жуткая по размерам толпа местных интеллектуалов, и начинает разрывать на части ваш комбинезон, чтобы потом подарить детям по блестящей тряпочке, когда через полторы минуты вы остаетесь один среди безлюдной, безменной, как говорят здесь, равнины, в чем мать родила и чувствуете себя полным идиотом, трудно не поверить самым изощренным выдумкам.
Кстати, интеллектуалами они себя считают только потому, что догадываются: мы не имеем никакого отношения к тому идиоту, которому пришла в голову мысль сотворить первого из них.
Кажется они называют его Бхитва-пмигва или что-то в этом роде. Я понял, что начинаю забывать все то, что вдалбливали в мою бедную голову в течение нескольких месяцев, и громко распевая старый боевой марш, пошел туда, где под землей скрывалось помещение станции.
Здесь ужасная жара. Говорят, днем на солнце до 89 градусов по цельсию, но пока терпимо, или тренировки в термополигоне не прошли даром? В общем, я ловко перепрыгиваю с камня на камень, приближаясь к заветному блестящему кристаллу. Вот, он увидел меня, вхожу в лифт и проваливаюсь в темноту.
"Фу ! Кажется, в ближайшие четверть часа никаких неожиданностей не будет". Вдруг кабина лифта тормозит и начинает подниматься вверх.
Солнце на закате. О дьявольщина! У них же на станции пускают внутрь аборигенов строго до определенного часа, а я в этаком виде ничем от них не отличаюсь! Проклятье!...
Громко ругаясь, я иду обратно к кораблю, проклиная и идиотский распорядок, и лифт, который не может отличить аборигена от землянина, и эту планету, и бредовую собственную идею полететь сюда...
В корабле нахожу другой комбинезон, облачаюсь, пытаюсь связаться со станцией.
-Эй! Вы там!
-Чего тебе, парень ?
-Вы что!... Я к вам прилетел за сто световых лет! Почему не встречаете? Что за идиотские шутки!... Почему ваш лифт не отличает биомена от человека!?...
Кажется, я долго выкрикивал в невозмутимое лицо, все, что о нем думаю. Потом до меня дошло, что этот тип в самом начале моей тирады просто выключил звук. У меня сразу пропал пыл, и я расслабленно упал в кресло. Тогда он включил звук и произнес:
-Ждите, сейчас вас встретят.
***
Биомены жили отдельными общинами. Они кочевали по горячей поверхности своей сумасшедшей планеты, умываясь мочой кочевых животных, именуемых кайанами, и свято веря в то, что когда-то на их планете жили гиганты, которые умывались мочой таких же, но очень огромных кайанов, следы копыт которых до сих пор хранят истерзанные равнины. Станция очень мало занималась аборигенами. Нас больше интересовали резервы планеты, чем возможности ее жителей.
На третий день, когда я начал уже скучать однообразием существования, мой коллега Стикс предложил сходить на охоту.
- И в самом деле,- поддержал Кинз (это тот парень, с которым я в первый день общался по видеосвязи) - Если скучно, надо подняться наверх. Сразу вниз захочется.
Планета биоменов, будучи открытой совсем недавно, уже успела заслужить репутацию общевселенского желтого дома. Здесь, пожалуй, случались самые невообразимые вещи. Конечно, во многом ее облик определяли аборигены. Их прозвали биоменами, потому что они, будучи людьми разумными по своему внешнему облику и способностям, недалеко ушли от животного состояния, от того фона, на котором существовали.
Я, конечно, согласился и стал вооружаться. Парни переглянулись, и я понял, что снова делаю что-то не то.
Наконец, Стикс сказал:
- Эрих, возьми побольше напитков из рефрежа, больше ничего не нужно.
- Черт с вами ! - проворчал я, - Но не дай бог это снова розыгрыш.
Дело в том, что накануне вечером парни "просвещали" меня насчет способов добывания воды наверху. По их словам выходило, что это можно сделать только прочитав заклинание с палкой в руке. В конце концов Стикс прочитал его наверху и действительно из грунта забила струйка воды. Они уговорили меня попробовать - и, естественно, у меня ничего не получилось:
в палке Стикса был встроен голограф.
- У биоменов сегодня праздник, - сказал Кинз. -Не попадайтесь им на глаза.
- Ладно, - сказал Стикс, - ты лучше проследи, чтобы нас пустили обратно. Ты чего не раздеваешься? - обратился он ко мне. - Наверху можно существовать только голым.
Сам он изящным движением бросил в лапы робота свой комбинезон, и я подумал, что пора тоже переходить на легкоснимаемую одежду.
Мы вышли, неся в руках по термосу с напитками. Стикс вызвал гравилет и через полчаса мы были в горной долине. Мой спутник посмотрел на солнце.
- Ну, старик, сейчас начнется. Подождем полчасика вон под теми камешками.
Невдалеке над плато нависали огромные каменные глыбы. Я толком не мог понять, чего мы ждем, но решил не задавать лишних вопросов. Мы шли к камням, я оступился, - откликнулось эхо.