Бахтияр пошел в сторону лестницы, спускавшейся в подземный коридор, который их вывел в помещение бассейна и сауны. Здесь тоже сияла новорусская красота. За голубой водной гладью неправильной формы во всю стену располагалась фреска на африканскую тему. Солнце и пальмы. Обезьяны и птицы на деревьях. Искусственные фикусы и вечнозеленые кусты стояли возле этой фрески и по краям бассейна. За двойным стеклом на улицу было темно. Летом в яркий день там, наверное, можно увидеть много зелени и голубое небо. А сейчас, пока зима, этот искусственный рай хорошо освещали люминесцентные лампы.
— Тут есть даже система для трансляции голосов зверей и птиц. Но я её сейчас не включаю. Надо, чтоб они сосредоточивались. Вот взгляни сюда!
За искусственным кустарником с другой стороны бассейна стена тоже была стеклянной, и за ней, в примыкающем помещении, на длинных столах, предназначавшихся, видимо, для банкетов, работала группа смуглых мужчин. Перед ними лежало разобранное оружие, которое они осматривали, смазывали и протирали.
— Последние приготовления. Хочешь с ними поговорить?
— Нет, не сейчас. Я бы хотел сказать пару слов украинцу. Ты давно его знаешь?
— Полтора года. Он хорошо воевал. Лучший из наших наемников. Ему надо содержать семью, он играет по-крупному.
— Позови его.
— Да вот он здесь, — сказал Бахтияр, указывая на лежак возле бассейна. — Микола, иди сюда.
Хорошо сложенный, высокий славянин поднялся с лежака, на котором он выглядел как модель для рекламы туристического агентства, и небрежной походкой приблизился к Бахтияру.
— Игорь, — сказал Костакин, протягивая руку.
— Мыкола, — ответил он с сильным украинским акцентом.
— Я все уладил, двадцать тысяч отправлено на указанную вами в Киеве явку, — сказал Костакин. — Вы проверяли?
— А то!
— Еще двадцать тысяч там получат после операции независимо от её исхода. Вы ничем не рискуете.
— Но за сорок тысяч я готов и рискнуть.
— Бахтияр мне сказал, что у вас хороший английский.
— Я преподавал английский пять лет, до того как пошел в наемники. Когда начнется операция?
— Скоро, очень скоро. Бахтияр даст вам знать. Все, что вы должны сделать, ограничивается тем, что вы поведете «роллс-ройс» до одного загородного ресторана. Ваша задача подъехать к нему как можно ближе. На дороге возможна проверка, хотя в принципе машины послов не задерживают. Однако, если все-таки вас остановят, вы скажете милиционерам, что посол едет с друзьями на давно запланированный загородный завтрак. В следующих машинах едут его гости. Повернувшись к сидящим на заднем сиденье, вы скажете что-нибудь на английском и употребите словосочетание «дипломатический инцидент». Потом настойчиво повторяйте, что ваши гости должны ехать вместе с вами… Все будет о'кей. Бахтияр расскажет вам о других подробностях операции.
Украинец кивнул и легкими шагами вернулся к своему лежаку, снова улегся и устремил глаза на фреску с нарисованным на ней горячим солнцем, будто собирался позагорать в его лучах.
— А теперь и мне надо отдохнуть, — сказал Игорь Бахтияру.
— Мы тебе приготовили комнату. Я отведу. Не беспокойся, я разбужу тебя вовремя.
— Не забудь, что мне со всеми надо поговорить перед выездом.
Бахтияр кивнул головой. Возбуждение последних часов перед долгожданной операцией блестело в его глазах.
Небольшой зеленый фургончик с собровцами и желтый «ниссан» с Олегом подкатили к вилле Ульянина. У ворот стояли четверо охранников в специальной униформе банка с «калашами» наперевес и курили. Олег вышел первым и показал старшему мятый ордер на обыск.
— МВД. У нас приказ произвести обыск в этом доме. Откройте ворота.
Уже светало, но прожектора продолжали освещать подъезд к дому и часть ограды, высотой два метра. Можно подумать, что эта ограда была выстроена для защиты тюрьмы, а не одной из резиденций банкира.
— Что-то я не понимаю, что здесь написано, — сказал охранник. — Мне нужно доложить.
— Ты что, не умеешь читать? — спросил Олег.
— Я должен сначала доложить.
Прежде чем охранник успел воспользоваться переговорным устройством, Олег ударил его в живот. Парень сложился пополам. В это время выскочившие из фургона собровцы изолировали троих других охранников.
— Старший в группе, которому Олег нанес удар, полусогнувшись пошел открывать ворота.
— Много ли людей внутри? — стал допрашивать охранника старший лейтенант из группы собровцев.
— Не знаю. Мы внешняя охрана… Наверное, личная охрана Петра Владимировича.
— Ты же видел его машину, когда он вернулся! — Старлей грубо ткнул охранника в снег. — Отвечай!
— Я видел, что несколько человек. А сколько точно, не знаю.
