Он так ненавязчиво предложил помощь, что отказываться в моей ситуации было глупо. По пути мы болтали обо всем на свете, но определенный интерес я отметить успела. Слишком недвусмысленно он меня разглядывал, слишком явственно сжимался и искрил между нами воздух. Короче, все говорило о том, что вляпалась я знатно. Мажор решил развлечься. И ничего, что его девушка только что была названа первой красавицей области. И что она ждет его на вечеринке в его же собственном доме. Я туда тоже, черт подери, приглашена, хотя он этого и не знает.
Ну что ж, Никита Гордиевский, ты еще не в курсе, что нарвался на супер-мега крутую антипикапщицу. Что-что, а морозить парней я умею!
Выхожу в зал уже другой Соней. И пусть каблук шатается, а нога болит – твердая походка и такой же твердый взгляд на хмуром лице не оставляют шансов на легкий подкат под суши.
– Крыс в меню не было, принесли просто роллы, – улыбается этот дьявольски прекрасный негодяй, еще не замечая метаморфоз в моем поведении.
– Пойдет! – буркаю я в ответ и принимаюсь глотать роллы, практически не пережевывая.
– Я – не я, когда голоден, – комментирует он и предлагает бокал вина.
– Я – не я, когда выпью, но один бокал белого можно, в качестве обезболивающего.
Похоже, я совершаю очередную ошибку в сегодняшней череде безрассудств. С алкоголем я не дружу.
– Ты не против, если я сниму эти чертовы босоножки?
– Да ради бога! – усмехается он. – Вам, девочкам, не позавидуешь, конечно. Столько всего приходится с собой делать и еще обувь неудобную носить…
– Это все вовсе не обязательно, – перебиваю я и сую «калифорнию» в соевый соус. – Но большинство женщин слепо следуют тупым, невесть кем придуманным правилам, тем самым усложняя себе жизнь.
– Красота требует жертв?
Ненавижу эту фразу.
– Да, только почему-то эти жертвы должны приносить именно женщины. Недостаточно нам физиологических испытаний, которыми нас щедро одарила природа?
– Ты о чем?
– Я – о боли, которую обречена испытывать любая женщина просто по праву своего рождения. Роды, первый секс, месячные, мигрени…
– Ээй, – теперь перебивает он, прожевывая свой ролл. – У мужиков тоже голова болит вообще-то. И часто как раз из-за женщин.
Весело ему, а мне вот нет.
– Да у большинства мужчин голова – это просто кость, потому что думают они другим местом. А кость не болит, пока ее не сломаешь.
– Так ты феминистка! – делает он вывод, все еще смеясь.
– Не радикальная. Я – за равенство возможностей и прав, но сохранение женственности. Нужно искать баланс, не люблю крайности.
– То есть, феминистка версии «лайт». А так и не скажешь…
И вдруг предлагает:
– Так, может, тогда и платье снять, если оно неудобное или как-то ограничивает твои права?
Ухмыляется, довольный собственным остроумием. Красивый, гад!
– Ха, – я зажимаю палочками очередной ролл. – Есть суши голяком – это уже слишком, не находишь?
– Не пробовал, но уверен, что с тобой мне понравится.
Он произносит это излишне тягуче и всматривается в мое лицо, пытаясь уловить реакцию, но я непробиваема – собрана и серьезна, как никогда.
– А ты уверен в себе, – констатирую я, допивая вино.
Я и съела-то в общей сложности всего пять роллов, но чувствую, что наелась. То ли от суточного голодания, то ли от стресса, но мой желудок сжался и не желает принимать пищу. Зато вино заходит на отлично. Никита заказывает еще один бокал. Выпиваю его практически залпом, смелею и решаю больше не ходить вокруг да около:
– Давай попросим счет, Никита Александрович, и поедем уже к тебе домой.
От удивления он даже рот открыл.
– А пить ты совсем не умеешь, да?
– Я предупреждала, но сейчас не об этом. Через час в твоем доме начнется вечеринка, у меня есть приглашение, а тебя там ждет твоя девушка и по совместительству – «Мисс Краснодарский край» Юлия Третьякова.
Он приподнимает одну бровь и слегка прищуривается. Русло, в которое зашла наша беседа, ему явно не нравится.
Зато меня прямо распирает:
– Как интересно получается! Организатор конкурса – холдинг Гордиевского, выигрывает его невеста Гордиевского, и корону на нее надевает сам Гордиевский! Уверена, из твоих рук она предпочла бы кольцо, но это дело времени, не так ли?
Это один-ноль в мою пользу! Чувствую себя на высоте, потому что знаю о нем все, тогда как он обо мне – ничего, кроме имени.
– Не так. Ну, не совсем, – уточняет он и снова улыбается – весьма самодовольно.
Не понимаю, что его так веселит, но все равно не торможу. Второй бокал вина на пустой желудок сделал свое подлое дело – уверенность в себе зашкаливает.
– Вообще-то, это называется коррупция! В любой европейской стране результаты уже оспорили бы. Но мы не в Европе, тут все на договорняках, и людей за дураков считать – это норма. Самому не противно?
– Полегче на поворотах, – предупреждает он, и я, наконец, слышу в его голосе неприятную нотку металла. Удалось-таки расшатать, молодец.
Упиваясь собственной смелостью, продолжаю:
