— И завтра тоже выходная. Хочешь сначала увидеть ее? Я могу подвезти.
Заваров отрицательно покачал головой. Он и сам пока не понимал, отчего хочет повременить со свиданием. Но определенный план уже начал складываться в его голове.
В магазин вошли с черного хода, и Зава-ров мысленно поблагодарил хозяина за предусмотрительность. Не хотелось, чтобы девчонки-продавщицы бросились звонить Светке, наперебой стараясь ошарашить радостной новостью.
Кабинет располагался на втором этаже. Виктор Павлович сел за стол, включил мониторы камер видеонаблюдения.
— Кто сегодня дежурит? — спросил Артур.
— Новенький, ты его не знаешь. Прислали на твое место.
— Ну и как он?
— Я бы хотел, чтобы вернулся ты. Пообедаешь?
— Можно.
— С желудком не будет проблем? — Хозяин магазина в недавнем прошлом был армейским офицером, сокращенным в майорском звании с должности начштаба полка, до того прошел все командирские ступени, начиная со взводного, и привык заботиться о солдатах. — Такое может случиться при резком переходе с баланды на нормальную пищу.
— Не будет. В Чечне и не такое жрать доводилось.
Виктор Павлович щелкнул клавишей селектора:
— Танечка! Принеси мне, пожалуйста, в кабинет полный обед на двоих. Только не надо входить, в дверь постучи, я сам выйду. Хорошо?
Посидели молча, потом хозяин деликатно осведомился:
— Ну и как там? Прости, я не знаю, что полагается спрашивать в таких случаях.
— Жить можно.
— Определился, что делать дальше? У меня есть знакомые в милиции, можно обратиться к ним за советом.
— Представляю, что они скажут!
— Я доверяю этим людям. Один из них сам отсидел два года за какую-то ерунду, недавно освободился и сразу поступил на работу. Я знаком с ним давно. Он честный человек и крепкий профессионал.
— Спасибо, не надо.
Виктор Павлович имел в виду Акулова, с которым действительно несколько лет поддерживал отношения. Какое-то время Андрей даже «крышевал» над магазином, благополучно отбивая все попытки бандитов подмять перспективную торговую точку под себя и ежемесячно получая добавку к зарплате, многократно превосходящую его должностной оклад. Плохо, конечно. Офицер милиции не должен иметь левых доходов, он обязан довольствоваться тем подаянием, которое выделяет ему государство, и радоваться, когда объявляют усиление — двенадцатичасовой рабочий день с отменой всех выходных до особого распоряжения.
— Спасибо, не надо. — Виктор Павлович продолжал смотреть вопросительно, и Заваров повторил свой отказ более решительным тоном: — Свою роль менты уже сыграли.
Согласись он переговорить с Андреем — и вся дальнейшая история пошла бы по совсем другому пути. Заваров не согласился.
После обеда спустились в полуподвал, где находилась раздевалка.
— У меня ключ дома остался, — сказал Артур, останавливаясь перед металлическим шкафчиком с цифрой "7". Когда-то он был очень доволен тем, что ему досталось счастливое число.
— Срывай замок. У Петровича здесь где-то монтировка должна быть припрятана…
В шкафу хранилась форма Заварова, две смены обуви, чистая рубашка и джинсы, которые он купил, но не успел ни разу надеть. Сунув руку в нагрудный карман форменной куртки, Артур нашел свои водительские права, десять рублей мелочью и компьютерную распечатку августовской зарплаты. Как давно это было…
Он переобулся и натянул новые джинсы. Пуговицу на поясе удалось застегнуть с трудом. Неужели он располнел?
— Можно пока здесь оставить?..
— Конечно!
Пропахшие камерой штаны и ботинки он бросил на нижнюю полку шкафа. Подумав, поставил туда и пакет с немногочисленным скарбом бывшего арестанта. Решительно захлопнул створки и постоял, приложив ладонь к завибрировавшему от сильного удара металлу.
— Ты решил, что будешь делать дальше? — спросил Виктор Павлович.
— Да, — машинально ответил Артур, не желая нагружать постороннего человека своими проблемами, и неожиданно осознал, что действительно знает, как теперь поступить. — Да, я все обдумал.
«Говоришь, скоро увидимся? Не дождешься, товарищ сержант внутренней службы!»
— Возьми, тебе пригодится. — Виктор Павлович протянул деньги, и Заваров, поколебавшись, принял одну пятисотрублевую купюру:
— Больше не надо.
— Но…
— Мне этого хватит.
Виктор Павлович скомкал оставшиеся банкноты, положил их в боковой карман пиджака. Было видно, что ему неловко, как и час назад при разговоре о покупке нового «опеля».
— У меня будет просьба. Не звоните Светлане, хорошо? Я сам с ней свяжусь, когда… В общем, немного позже. И не говорите никому, что я у вас был. Если, конечно, не боитесь оказать помощь преступнику.
— Ты не преступник.
— В милиции считают иначе.
Покинув через запасной выход магазин, Заваров остановился у ближайшего мусорного бачка, достал справку об освобождении и разорвал ее. Помедлив, разжал пальцы, и ветер подхватил клочки бело-голубой бумаги.
