Именно поэтому Кристасу так тяжело было вживаться в нужную роль.
В имении Йо?насов даже слуги оказались непуганые и разбалованные господской слабохарактерностью. Да что там говорить, среди служанок не было ни одной младше пятидесяти! Отец Реннарда хранил верность своей шлюхе-жене и заглядывал ей в рот, а о нуждах сына совсем не позаботился — не взял в дом парочку-троечку мягкозадых, сговорчивых деревенских девиц.
И это тоже неимоверно бесило. Да и порядки в этом грёбаном Дова?ре оказались до омерзения странные. Боги карали за измену. Маги не имели практически никаких привилегий, смешно сказать — за убийство крестьянина аристократ мог отправиться в тюрьму! Абсурднейшее, больное общество, в котором неодарённые смели диктовать свои условия и даже имели равные права с магами.
Кристас категорически не принимал такого положения вещей. Он привык к полной власти, к тому, что любое его желание исполняли мгновенно, а расходы не приходилось планировать — он всегда достаточно быстро приобретал состояние и ненавидел необходимость считать гроши, как сейчас.
Реннард же в силу убогости ума был непредусмотрителен и расточителен, поэтому никаких заначек не имел. Да он даже красивую проститутку позволить себе не мог!
И теперь Кристас вынужден был выкраивать каждый местный арча?нт, чтобы купить достаточно ртути и воплотить в жизнь крайне полезное изобретение. Он не сомневался — в этом отсталом мире он быстро разбогатеет и займёт положение, которого заслуживает.
Если «отец» посмеет ему помешать, он избавится от него мгновенно, но пока старший Йонас был даже полезен: нашёл для «сына» годного целителя, закупил требуемое количество ртути, не задавал лишних вопросов и не маячил перед глазами.
Кроме того, имелась ещё одна причина оставить «отца» в живых. Кристасу куда лучше подошло бы тело главы рода Йонасов, мужчины пусть средних магических способностей, но собранного и предприимчивого. В его шкуре было бы куда комфортнее претворять в жизнь задуманное, а также распоряжаться немалым состоянием семьи.
Вступать в конфликт с «отцом» Кристас не собирался, напротив, хотел бы сохранить его расположение и держать в полном неведении, а для этого бросил кость — согласился на брак с любой выбранной Йонасом девицей и захотел «приобщиться к семейному делу», то есть переехать на дальнюю ферму, где разводили редкую породу лам и получали тончайшую дорогую шерсть.
Разумеется, привлекала Кристаса не перспектива торчать в проклятой глухомани и наслаждаться запахом деревенского дерьма, столь дивно одинаковым во всех мирах, а возможность в одиночестве работать над своими проектами и устроить жизнь привычным образом. Новая жена и новые слуги вряд ли смогут раскусить подмену, а «отец» будет находиться в шести днях пути.
Жена, в общем-то, тоже не помешает. «Отец» обещал выбрать симпатичную и грудастую, а в остальном — плевать, кто она и что думает. Будет мешать — Кристас найдёт возможность её приструнить. А если наказания не подействуют, то просто избавится от неё.
Опять же, сватовство займёт старшего Йонаса и отвлечёт от дел «сына», а доступная и на всё согласная девица под боком — экономия. Проще взять одну в жёны, чем мотаться по борделям.
Помнится, отец хотел женить Реннарда на протяжении последних двух лет, и дело было вовсе не в прогрессивном налоге на безбрачие, который вынуждены были платить все маги — с финансами у Йонасов проблем не возникало. Просто понимал, что первенец у него — тупой, как пробка, а других детей сам зачать пока не смог, вот и хотел поскорее получить внуков, чтобы успеть воспитать достойного наследника, пока ещё не одряхлел.
Самого Реннарда воспитывала и баловала покойная матушка, добрая, болезненная и дородная женщина, любившая и жалевшая единственного сына сверх меры. И старший Йонас теперь понимал, какую ошибку совершил, вверив отпрыска на попечение кудахтающей вокруг него мамаши.
В защиту главы семьи можно сказать лишь то, что в его присутствии Реннард с матушкой успешно притворялись, будто занимаются образованием и подготовкой к поступлению в академию. Стоило старшему Йонасу уехать из имения по одному из многочисленных дел, как они под надуманным предлогом выдворяли вон очередного преподавателя, закидывали книжки и тренировочные мечи на дальние полки, а сами вкусно ели, долго спали и читали скабрёзные бульварные романчики.
Кристас тяжело вздохнул, методично вливая силу в создаваемый артефакт, и в который раз пожалел, что сильное тело И?рвена Блайнера ему не досталось. Мало магического потенциала, у него имелись ещё и столь полезные знания местных заклинаний и ритуалов, которые остались в памяти лишь фрагментами — слишком недолго он пробыл в теле, успел только понять, что в Дова?ре чужемирцев не любят и поэтому с лёгкостью от них избавляются.
Именно поэтому сейчас он был крайне осторожен: не хватало ещё неприятностей с местной Службой Имперской Безопасности. Кристас, разумеется, уже сделал несколько артефактов, которые помогут защититься при необходимости, но всё же понимал, что с имеющимися ресурсами противостояние проиграет.
