Справиться с подступившей волной паники оказалось нелегко, но мне удалось. И это позволило понять, что отступаю я в неправильном направлении: на дороге мне спасения нет – ни укрыться, ни на дерево забраться. Да и убежать от волков нереально – догонят и разорвут. По жестокой иронии, моим единственным шансом оставался тот самый проклятый подвесной мост, который я с таким трудом и риском преодолел с помощью «лояльной». Вот если меня от него отрежут, тогда хана. При этом, если волки действуют сами по себе, до таких тактических соображений они просто не дотумкают. А вот если ими управляют…
И в момент, когда первые звери показались из зарослей на открытом месте, я резко рванул назад, в сторону подвесного моста. Три хищника метнулись мне наперерез. Стрелять на бегу в стремительно перемещающихся волков не вариант – шансов попасть практически нет. И останавливаться нельзя. Выход один: продолжать бежать, и если стрелять – только в упор. Мой резкий маневр оказался неожиданным как для волков, так и для того, кто руководил ими, словно юнитами в компьютерной стратегии. В результате основная стая, по ощущениям достаточно многочисленная, оказалась слишком далеко от места действия. А до моста довольно близко, и они, по идее, успеть не должны. И опасность для меня в данный момент представляли только те три хищника, что бросились наперехват.
В первый раз я выстрелил, когда между нами оставалось метров пять. Мимо. А парой секунд позже передовой волк прыгнул, но не слишком удачно. Рванул меня за рукав, однако опрокинуть не смог. Вот только равновесие я из-за него потерял, а потому предпочел все равно упасть, только сгруппировавшись и по собственной инициативе. Упасть и перекатиться. Благодаря этому второй волк промахнулся уже целиком и полностью, перелетев через меня. А третьего мне удалось встретить выстрелом с колена в упор, всадив пулю чуть ли не в пасть. Развернувшись на колене, я выстрелил снова, теперь уже в первого волка, кинувшегося в повторную атаку. Попал ему в грудь, и лапы зверя подломились. Но третий противник меня все-таки достал – прыгнул, ударил в плечо всей массой и опрокинул навзничь. Хуже всего, что при падении я уронил пистолет, и он теперь валяется где-то рядом в дорожной пыли.
Волк, рыча, навалился на меня, пытаясь добраться до моего горла, я же всеми силами старался этого не допустить. В один из моментов мне удалось согнуть в колене правую ногу и упереться ею в брюхо хищника. Освободившейся рукой я выхватил нож, закрепленный на бедре, и быстро нанес три коротких удара в бок брызгающей слюной зверюге. Волчья кровь полилась на меня, и тело хищника обмякло. Спихнув с себя издыхающего зверя, я вскочил, подобрал пистолет и продолжил свой рывок к мосту. За время моей схватки с этими тремя остальная стая несколько приблизилась. Но до моста уже осталось всего ничего.
Я влетел на него на всех парах, но тут же притормозил, потому что бежать по такому хлипкому сооружению было равносильно самоубийству. Как ни гнал меня вперед адреналин, мне хватило разумения не наступать на середину ненадежных досок настила, а ставить ноги ближе к краю. Слава Богу, с этой стороны еще были перила, которые позволяли перемещаться, наступая почти на тросы. Правда, пришлось спрятать оружие: тут мне требовались свободными все четыре конечности.
И все-таки не зря я корячился на этом мосту по пути сюда: кое-какой опыт я на этом заработал, и теперь он мне пригодился. После нескольких первых метров начинался проблемный участок. Признаться, я не рассчитывал далеко уходить по этой адовой конструкции – надеялся, что волки не рискнут сунуться на нее. Они бы и не рискнули, будучи предоставлены сами себе. Но я не учел того, что их гнала вперед воля животновода. И хищники продолжили преследование. Один матерый широкогрудый волчара полез первым. Делать нечего – надо двигать дальше. Следующий участок был почти без настила, но я преодолел его по правому стальному тросу, лишь слегка придерживаясь за не внушающие доверия перила, исполнив роль почти канатоходца. Еще через несколько шагов участок без перил, правда, с досками. А идти приходится посередине, потому что мост уже ощутимо раскачивается – ведь, кроме меня, на нем еще два волка.
К счастью, настил меня выдержал, и я успел добраться до перил буквально за секунду до того, как передовой волк рискнул прыгнуть через провал. Результат был предсказуем – доски с треском подломились под матерым зверем, и он, кувыркаясь, вместе с обломками досок полетел вниз. Только висели мы над прибрежной зоной, где Лозьва еще не успела набрать приличную глубину, а потому волк рухнул практически на камни, лишь чуть-чуть прикрытые бегущей водой. Ну а мост от этого заколыхался так, что, не схватись я за перила обеими руками, полетел бы следом за серым хищником. К сожалению, этот эпизод ничуть не уменьшил у оставшихся на берегу зверей желания достать меня. Похоже, проклятый животновод напрочь убил в несчастных волках инстинкт самосохранения.
