Рассказ Охота на Тигра погружает в окопы Великой Отечественной Войны давая почувствовать всю тяжесть быта и накал сражения отряда бронебойщиков. Популярность книг и фильмов о войне доказал факт успеха ""28 Панфиловцев" и то что книги о мужестве предков были и будут интересны читателям всех возрастов. Книга посвящена Павлу Ивановичу Шпетному – подбившему из противотанкового ружья 6 танков.
Шел 1943 год. Не так давно отгремела огненная дуга под Курском. Войска Западного и Брянского фронтов с севера и востока атаковали фашистов занимавших Орловский плацдарм, вторя им, развернул наступление Центральный фронт. К двадцать третьему августа весь Белгородско – Харьковский плацдарм, включая Харьков, был очищен от фашистов. Советские войска уже вышли на подступы к Брянску. За лето и осень 1943 года гитлеровские войска были отброшены за Днепр. Красная Армия с ходу форсировала Десну, а за тем и Днепр, захватив плацдармы на западном берегу. «Восточный вал» был прорван. Шестого ноября части Красной Армии освободили Киев, впереди предстоял год решающих битв.
По выложенной из досок дорожке, сквозь топкую грязь шел солдат. Видавшие виды, перестиранные палатки полевого госпиталя легко выделялись из серо-зеленой массы «солдатских шатров». Опустив воротник шинели, и аккуратно вытерев ноги, солдат вошел в палатку с красным крестом.
– Разрешите войти, товарищ капитан?
Офицер, сидевший за столом, что-то, сказав доктору, кивнул головой.
– Стройников?
– Так точно.
– Почему опоздали? – покосил бровью офицер.
Смяв в руке пилотку, солдат ответил:
– Заходил на склады, ни зимней шапки, ни провианта не получил. Холодает.
Покрутив папиросу, офицер, закурив, раздобрел.
– Не переживай. Здесь – Ткнул он пальцем – Все необходимые бумаги. Не дадут же тебе всё это по корочке из университета твоего…
– Института.
– Не велика разница. Вот твой военный билет. Ты, ты вроде беспартийный? – вновь помрачнел как туча политрук.
– Да. Я учителем работал в нашей единственной школе, в Луковке.
Пустив в потолок тугую струю табачного дыма, офицер продолжил:
– То – что на фронт возвращаешься после ранения – хвалю, а за то, что беспартийный – считай выговор. – Ехидничал он.
– Разрешите идти? – забрав бумаги, спросил солдат.
– Идите.
Пробираясь по деревянным настилам, рискуя вот-вот оказаться по колено в вязкой грязи, имеющей привычку засасывать каблуки у сапог Николай Стройников добирался до полковых складов. Минуя батарею зенитных орудий, и солдат разгружающих «Студебейкер», Николай увидел дюжего бойца в чисто выстиранной фуфайке и шапке-ушанке. За спиной набитый до отказа вещмешок и трофейный МП-41. Он не мог не узнать своего старшину Михася Мирошниченко, тридцатилетнего хуторского мужичину с огромными усами. Бычье здоровье позволило ему быстро восстановится, после того как их накрыло миной в боях под Навлей. Михасю тогда посекло ноги и задело ключицу, а Николай «отделался» маленьким, но очень противным осколком в левую лопатку. Видно товарищ тоже заметил его, и огромными прыжками, через грязь рванул навстречу.
– Яж, тебя бачил, бачил, а тебе нема. Где ж ты шляешься горемыка! – обхватив друга за плечи гуторил Михась.
– Вчера сказали – можешь идти.
– Я уж, неделю здесь мытарюсь. Уж, коль нашел тебя, вместе в Гомель поедем, там остатки нашего полка стоять.
– Да, я…
– Одет ты не шибко, – На ходу перебил Михась. – Пойдем-ка до складу, я приодену тебя. Там у меня две лошадки и телега.
Забрав необходимые документы, старшина быстрой походкой направился к складу. Николай, не спеша, направился к телеге стоявшей неподалеку.
Это с виду Мирошниченко был прост как ситцевая рубаха, но в хозяйстве ему не было равных в роте, а то и батальоне. Что нужно – достанет, что не нужно – обменяет на то, что нужно. В прошедший Новый Михась приволок канистру спирта. Никто так и не догадался, откуда он её взял, посреди полуразрушенного городка.
Спугнув ворон от лошадиного обеда, Николай подошел к телеге, похлопывая старую кобылу по спине.
– Товарищ сержант!
– Сашка! Сашка Сметанин! Живой!
Похудевший, съежившийся в бушлате Сашка походил на воробья. Недавний школьник, таких Стройников сам учил когда-то в сорок первом. И прямо со школьной парты на фронт… Большие голубые глаза смотрели уверенно и радостно. Этот девятнадцатилетний парнишка уже опытный ветеран. Второе ранение. Не у каждого юнца имеется «Медаль за Отвагу». Именно со Сметаниным он подбил тогда свой первый танк. Будто вчера это было. Терпкий запах полыни, перемешанный с пороховой гарью бил в ноздри. Сашка, отбросив диск от ППШ, рванулся к нему.
– Патрон!
От ячейки к ячейке рывками перебегал боец. Сашка спрыгнул в окоп, сжимая побелевшими от напряжения руками два заряда от ПТРД. Танк, миновав первую линию траншеи, получил пару гранат, разорвавшихся точно за башней. Но, султанчики, выбиваемые на песке пулеметной очередью второго танка, оборвали жизнь ребятам из первой роты.
– Все. На первой линии никого. Только они со Сметаниным.
«Панцер 3» повернув башню, разворотил дзот, огрызавшийся пулеметным огнем.
– Андрюху накрыло! Ну, я тебе сейчас…
Николай уже был знаком с этим танком. Встречался с ним не впервой. Уже попадал, но пробить броню не мог. Танк повернулся бортом, до него оставалось метров сто.
«Это шанс!» – мелькнуло в голове.
Выстрел! Заряд с визгом срикошетил от кромки борта.
– Патрон! – передергивая затвор орал Стройников.
Хлопок, удар в плече. Отдача приличная, 14.5 миллиметров не шутка!