Леонид Борисович все еще сидел в учительской, где у него образовался свой кабинет. Выделенный ему стол он развернул так, чтобы видеть всех входящих. А вот экран компьютера следователя не мог видеть никто. Даже Ксюшу он усадил так, что она могла наблюдать только серую крышку ноутбука. Крышка была металлическая и с конкретной вмятиной почти посередине.
Пока Леонид Борисович вводил пароль, который она с таким трудом добыла, и что-то изучал на Мышкиной страничке, Ксю вся извелась. Она надеялась, что следователь начнет делиться с ней информацией. Как Холмс с Ватсоном. Ксюша пересмотрела множество сериалов про Холмса, он везде рассказывал Ватсону хоть что-то.
Набравшись храбрости, она спросила:
— А вы уже узнали, кто спайс отравленный нашим дал?
— Пока не могу тебе этого сказать, — сказал следователь, — но Даник ваш, похоже, на этот раз ни при чем.
— На этот раз? — удивилась Ксюша.
— Он у вас торговец со стажем, в списках уже полгода есть.
Ксюша покачала головой, пытаясь собраться с мыслями.
— Ужас какой… Артем — законченный наркоман. Даник — торговец наркотиками… А он сам признался?
— Кто ж в таком признается? — хмыкнул Леонид Борисович. — Его только с товаром можно взять.
Ксю посмотрела на Леонида Борисовича и испугалась. Глаза у него были открыты, но лицо оставалось совершенно неподвижным. И рука на мышке лежала камнем.
— Леонид Борисович, — прошептала девушка, — вы чего?
Он не отвечал. Ксюша протянула руку, чтобы потрясти следователя за плечо, но он неожиданно вздрогнул и схватил ее за кисть.
— Больно! — вскрикнула Ксюша.
Следователь еще секунду смотрел на нее стеклянным взглядом, потом проморгался и отпустил.
— Так. На сегодня все.
Он захлопнул ноутбук, поднялся со стула, но тут же принял упор лежа и принялся отжиматься. Ксю только глазами хлопала да кисть растирала.
— Далеко живешь? — спросил Леонид Борисович.
— Возле метро.
— Я тебя подвезу, — следователь поднялся и повертел головой. — Все, теперь за рулем не усну.
В машине у Леонида Борисовича было прохладно, печку он, несмотря на холодный апрельский вечер, не включал. Но Ксюше все равно было приятно: ее везет взрослый, солидный человек. Да еще с такой опасной профессией.
— А в вас стреляли? — спросила Ксю и тут же мысленно обозвала себя дурой.
Впрочем, ответить следователь не успел: у него зазвонил телефон. Коротко переговорив («Да… Где? Сейчас»), он резко развернулся:
— Прости, надо заскочить в одно место. Пять минут. Но потом точно отвезу!
Они притормозили у полицейского участка. Ксю оставаться в машине отказалась.
— Ладно, — вздохнул следователь, — раз уж ты мой помощник…
Ксюша пожалела, что напросилась, — дежурный отвел их к клетке, в которой сидел Мышкин папа. Теперь он был не только небритый и злой, но еще и в саже.
— Пытался сжечь киоск, — сказал полицейский. — Тут недалеко. Они курительными смесями торгуют.
— Они убийцы! — рявкнул мужчина из клетки так, что уши заложило.
— Вы просили о таких случаях сообщать сразу, — продолжил дежурный.
— Спасибо, — кивнул Леонид Борисович, — но это точно не мой клиент.
Отец Мышки теперь смотрел на Ксюшу, ей захотелось спрятаться за спину следователю.
— Так что, отпускать? — спросил полицейский.
— Погоди. Хозяин претензии предъявлял?
— Да нет. Ему лишний шум не нужен, — дежурный полез за ключами, но следователь поймал его руку.
— Я же говорю, погоди.
Леонид Борисович подошел к клетке вплотную. В ней задержанный еще больше походил на большую человекообразную обезьяну. Опасную обезьяну. Следователь наклонил голову, пристально рассматривая отца Дианы. Тот наконец перестал буравить Ксю взглядом и всем телом повернулся к Леониду Борисовичу.
И улыбнулся.
Ксюша вздрогнула. Дежурный невнятно выругался.
Леонид Борисович удовлетворенно кивнул и сказал:
— Пусть посидит. Семьдесят два часа. Для выяснения личности.
Уже в машине Ксюша настолько пришла в себя, что спросила:
— А зачем выяснять его личность? Это же папа Дианы. Я его знаю. И вы тоже, наверное…
— Если его выпустить, он не просто киоск сожжет, он и убить может. Пусть успокоится.
— Но надо тете Лене позвонить… Его жене. Она волнуется.
— Ага… Позвоню… Где твой дом?
Ксюша шла к подъезду и спиной чувствовала взгляд следователя. Открыв кодовый замок, она оглянулась — машина Леонида Борисовича все еще стояла у обочины. Когда Ксю поднялась к себе и выглянула в окно, машины уже не было.
Весь вечер Ксения мучилась. Она специально не включала компьютер, потому что очень боялась, что не удержится.
Она точно знала, что никогда бы не стала выведывать пароль Мышки, если б та была жива, не до такой степени они были близки. Да и невозможно дружить до такой степени!
«А что бы я сделала, если бы случайно узнала пароль, а Мышка была бы жива?» — подумала она. И тут же ответила себе, что попросила бы Диану сменить пароль, от греха подальше.
С другой стороны, Мышка — она такая мышка. Была. Что она могла прятать на своей странице? Личную переписку?
