Эта история стара, как мир: мы ловим журавлей, надеясь на счастье, и теряем своих синичек, без которых жизнь становится не мила. Бесконечный выбор, результат которого никогда не бывает абсолютно правильным. Она - замужем, он - не свободен. Оба относительно довольны жизнью, ничего не планируют менять, никого не ищут... Однажды они встретятся и поймут, что не могут больше друг без друга. Но можно ли поймать за хвост свое счастье, не причинив боли своим "половинкам"? Принесет ли радость твой журавль, если не вышло уберечь синичку?
Пролог
Это случилось в те времена, когда я верила людям и верила в людей…
Так хотела я начать эту историю, но потом передумала: слишком пафосно звучит, да и не совсем правда.
Поэтому начну иначе.
Столько синиц у каждого из нас в руках - не сосчитать, да и не заметны они, чаще всего-то. Маленькие такие, доступные, невзрачные…
А вот журавлиный клин, пролетающий в небесах, оглашающий все окрестности своим кличем, - это да, его не заметить невозможно. Невероятная красота величавых птиц, широкий размах крыла, загадочный зов, трогающий самые потаенные струны - все это заставляет нас замирать и задумываться о чем-то, далеком от бренной ежедневной суеты…
Но только самые смелые и самые отчаянные рискуют бросить все и ринуться в погоню за журавлем. Авось, как раз им самое счастье и достанется?
Часть 1. Арина
Глава 1.
- Арина, вот сколько можно тебе говорить, что Миша тебе - не пара! И не смей со мной спорить! - Любовь Павловна, как ни избегала девушка эту тему, каждый раз при встрече с дочерью начинала этот разговор. И ей было совершенно не интересно, что тем самым настроение Арины портится. Очень портится.
- А толку-то, мам? Ты же, все равно, меня не слышишь. Уперлась рогом, и даже доказывать бесполезно, что он у меня - самый лучший.
- А что в нем хорошего-то, скажи мне? Только внешность смазливая, да глаза добрые! А за душой-то - ничего! - Неизвестно, какого зятя себе желала эта женщина, у которой и собственный муж за многие годы так ничего достойного и не нажил.
- А что тебя в нем не устраивает? - Фразы были уже почти заучены и заезжены, так часто их повторяли. Но молчать и не встать на защиту мужа девушка никак не могла себе позволить. Потому, что любила. Потому, что ценила и берегла. И даже от родной матери не могла гадости про него слышать. А новых аргументов в защиту придумать не получалось.
- А что в нем хорошего, дочь? Вот скажи мне? Машина есть у него? - Любовь Павловна оседлала любимого конька. - Или права, хотя бы?
- Нет. Нам пока ездить с ним некуда. Зачем права, если их использовать не на чем?
- Вооот! - Торжествующе вздернутый палец. - А у его ровесников, между прочим, у каждого второго, есть и то, и другое.
- Зато они и бегают пешком, потому что права уже отобраны. Или, прости господи, бегать уже не могут, после всяких аварий и прочий происшествий. И вообще, мам, отец свою первую машину два года назад купил. А вы с ним сколько уже отжили?
- А ты не равняйся на отца. Я хочу тебе лучшей судьбы, чем сама прожила. Имею я право помочь своей дочери? Мне вот, никто не давал таких советов. Мать, царствие небесное, лишь одно сказала: не пьет, не бьет - и слава богу! Все. И замуж меня отдала. Отцу, вообще, было без разницы. Он за пьянкой и не понял, что дочь под венец пошла…
- И что, вы плохо отжили столько лет, что ли? - Арине даже немного обидно стало за своего папу. Были, конечно, претензии… При фамилии Родионова дать дочери имя Арина, да еще и Александровна… Но к этому она уже привыкла за свои двадцать три года, и даже при замужестве менять свои данные не стала. Как-то сваляли они с мужем дурака, когда документы заполняли, а потом уже так и оставили все.
- Нормально мы отжили, дочуш. Да только… Хочется-то не «нормально», а замечательно, чтобы душа пела! Моя не смогла, так пусть, хотя бы, твоя споет… - Мать, для большего эффекта, даже почти всхлипнула и глаза потерла.
- А кто тебе сказал, что моя душа не в состоянии петь? Что за выводы смешные, мама? - каждый раз она удивлялась доводам, что сочиняла неутомимая родительница. Сама-то Арина была не столь горазда на выдумку.
- Арина. Мише уже двадцать пять лет. Ни должности, ни квартиры, ни лишнего гроша за душой…
- А чем тебе его должность не нравится? Инженер. Дома людям проектирует и строит. Не дворник же?
- Да ты посмотри, твой одноклассник, Митька, и тот уже менеджер! Людьми управляет! - Слово «менеджер» звучало почти как «царский советник», не меньше. Пафоса добавлял снова вздернутый вверх указательный палец. Маме бы в театре играть, а не в бухгалтерии талант просиживать…
- Кем он управляет? Двумя слесарями в своем шиномонтаже? А потом будет управлять четырьмя, когда бизнес разрастется? - Сосед, по совместительству одноклассник, Митька, не давал Арине прохода, пока она к мужу не съехала. К счастью, теперь отстал уже. Но матери в душу он крепко запал.
- А хотя бы и так! Все, не простой инженеришка! И долго вы будете по съемным квартирам таскаться? Даже кровати собственной нет, все по чужим спите…
-Мам, тебя послушать, так я - дочь олигархов. И вы меня отлучили от богатого наследства, ради какого-то безродного женишка. А теперь пытаетесь вразумить… У нас с Мишей одинаковое положение! Квартиры своей, насколько мне известно, в загашнике нет нигде. Или вы что-то от меня скрываете? - Мать зацепила за больное место: Рина и Миша, действительно, устали от частой смены арендованных квартир, но в ипотеку лезть боялись, не было никакой уверенности в завтрашнем дне…
