Открыв древний фолиант на первом дополнении Миррин, я изучила короткий абзац и стала листать дальше. Просмотрев всего шесть страниц, я нашла второе дополнение. Ее имя было вытиснено в нижнем углу страницы, на которой приводилось подробное описание одной из экспериментальных матриц Антеи. Эта запись была длиннее, и ее перевод занял некоторое время. Когда я закончила и отложила карандаш, голова уже болела невыносимо.
Дорогая сестра, не могу отвести глаз от чуда, которого еще не видел мир.
Я пишу эти строки под пристальным взглядом одного из сыновей Дома Vh’alyir. Он оказался совсем не чудовищем, как я его себе представляла. И, признаюсь, я была удивлена, обнаружив, что его тело и облик весьма приятны на вид.
Ты смеешься над моей глупостью? Временами я и сама не знаю, в здравом ли уме я приняла решение довериться этому существу. Ты, конечно, сомневаешься, Мелитта, хотя он держит свои обещания и до сих пор ставил нашу безопасность превыше всего.
Я так и не сказала тебе, что пообещала ему взамен его защиты. Ты слишком молода, чтобы понять меня. Иногда старшей сестре приходится идти на крайние меры, чтобы защитить свою семью.
У меня есть еще два года, чтобы рассказать тебе об этом. Два года… а потом я отдам ему свою душу. Сердце трепещет при мысли о том, что я сама себе назначила дату смерти. Но если удивительный, смелый, царственный лорд В’альир поможет тебе спастись от свалившегося на нас кошмара, то я с радостью погибну от его руки и отправляюсь на небеса.
Миррин Атанас
Сердце у меня стучало как бешеное, будто хотело выскочить из груди. Миррин успешно призвала демона Двенадцатого Дома и – пообещала ему свою душу. Она решила отдать собственную жизнь, чтобы защитить свою младшую сестру и сохранить наследие семьи Атанас.
Мне никогда не стать такой храброй, как она.
Хоть Миррин и сказала, что ей удалось успешно призвать демона В’альир и даже заключить с ним контракт, она так и не упомянула страшное предупреждение о Двенадцатом Доме. Узнала ли она хоть что-нибудь от этого древнего
Отвернувшись от перевода, я уставилась на фото Клода, лежащее в центре стола. Ну почему чем больше я узнаю, тем больше возникает вопросов?
– Больше не могу, – простонала я, улегшись щекой на клавиатуру ноутбука. – Его здесь нет. Его кто-то удалил.
– Не драматизируй, – Амалия наклонилась над стойкой и зачерпнула ложку йогурта. – Если Тори нашла нужную информацию, то и ты сможешь.
– Я просмотрела все до одного дела о демонах, призывателях и магах-демонах за последние тридцать лет. Я их уже во сне вижу.
Амалия выскребла из миски остатки йогурта.
– Или же, как я и предлагала вчера утром, ты можешь просто спросить Тори.
Я откинулась на диванные подушки.
– Спросить Тори значит сообщить ее друзьям. Аарон и Кай и так считают меня изгоем-предателем. Ты бы видела, как они смотрят на меня – будто я могу в любую секунду натравить на всех Зуиласа.
– Что ты хочешь от меня услышать, – раздраженно вскинула она руки вверх. – Либо ты спросишь Тори, либо проведешь следующие три месяца, просматривая каждое дело в архивах, либо мы переедем на Багамы и забудем о существовании Клода. У нас есть только эти три варианта.
– Клод убил моих родителей, – прошептала я. – Не могу я о нем забыть.
– Тогда рискни и поговори с Тори, – она пригладила волосы. – Как я выгляжу?
Я окинула взглядом ее черную юбку и лиловую блузку.
– Очень профессионально. А куда ты собралась?
– М-м… по делам. Потом расскажу, – она схватила куртку и закинула на плечо большую сумку. – Увидимся через пару часов.
– Угу, – с сомнением промямлила я, когда она вылетела из квартиры и закрыла за собой дверь.
В последнее время Амалия часто уезжала «по делам», и я думала, что это как-то связано с одержимостью шитьем, которым она занимается каждую свободную минуту. Ладно, сама расскажет, когда будет готова.