— А у них естественная защита от гаргонидов. Таким образом они получают кровь только от низкоинтеллигентных животных и их поведение удерживается в рамках стандартного поведения тех же животных. Теперь предположим, что они получили кровь от интеллектуально более развитых животных, человека, к примеру. Уже давно всем известно, что на земле животные развивались по-другому сценарию. Агрессивность вида была тем выше, чем выше было интеллектуальное развитие. Вспомните к примеру шимпанзе и других приматов. Шимпанзе значительно умнее остальных и является единственным видом, способным на убийство других приматов или даже себе подобных. Вот я и думаю, что в крови земных животных, человека в частности, есть какая-то информация, химическая или биологическая, которая и вызывает быстрое развитие по земному типу и как следствие — повышение агрессивности, а может кровь человека на них просто как наркотик действует, вызывая жажду…Стремление увеличить ареал своей зоны обитания, путем истребления, мешающих распространению своего собственного потомства, животных. В данном случае человека.
— Браво, Ворчун, браво, — капитан размеренно хлопал в ладоши. — Это ведь никому и в голову прийти не могло, если, конечно, все на самом деле так и есть.
— Ворчун, поковыряйся, пожалуйста, в своей памяти, — обратился к нему Владислав. — Упоминания о проявлении агрессивности и разумности, были ли они уже в отчетах первой экспедиции или появились позднее.
— Вторая экспедиция, занимающаяся изучением животного мира, отметила в отчете гибель одного члена эспедиции — мартышки Лолы. Тогда это посчитали несчастным случаем. Тогда же и были сделаны первые упоминания о зачатках интеллекта гаргонидов. Об их агрессивности не было ничего известно. А потом на Акаве обнаружили человеческую цивилизацию. Программа исследований была свернута и экспедиция была отозвана с планеты, — отрапортовал Ворчун.
— Думаю, что на этой версии и следует остановиться, — предложил Раденко. — За неимением других будем считать ее единственно верной.
— А помощь вам наверняка понадобится, — сказал старпом. — Может стоит все же три-четыре человека с вами послать?
— Ни в коем случае, — покачал головой Владислав. Не стоит людьми рисковать. Я хорошо защищен, да и с этими "ребятами болотными" уже знаком. Так что мы идем вдвоем с товарищем, и он указал глазами на Ворчуна.
Люди неохотно начали расходиться. Корабельный врач подошел к андроиду. Он уперся своими водянистыми глазами в лицо робота и медленно произнес:
— В крови погибшего кока не было ничего похожего на снотворное.
Вполне возможно, — не смутился андроид. — Вероятно я не должен был сравнивать этот препарат со снотворным, но мне это сравнение показалось уместным для пущей наглядности.
В это время капитан, щелкнув ногтем по броне панциря на груди агента, поинтересовался:
— Так ты говоришь это руннер? — он поднял глаза, уставивишись на Владислава. — А где гарантия, что они сохранят свое расположение к человеку и дальше? Вспомни, сколько крейсеров и других кораблей стоят, утыкав собой астероиды-ловушки?
У меня есть определенная уверенность, — улыбнулся Владислав, — что астероиды-ловушки — это своеобразные охранники или патрули, если хотите. Они ведь не везде натыканы, а только около определенных планет. Возможно, эти охраняемые планеты являются чем-то вроде детсада для металлогоидов. Вот вы ведь тоже охраняете наши галактики от проникновения нежелательных "гостей"?
— Хорошо бы если так, — пожал плечами капитан. — Но на моей памяти еще свежи воспоминания, как Джи-Мин едва ушел на своем крейсере от такой ловушки. В общем, особого доверия я к этим железякам, пусть и живым, не испытываю, хотя, быть может, я и не прав.
Магнитные подошвы ботинок Владислава и Ворчуна гулко цокали по наружной обшивке "Синей птицы". Пришвартованная «Ирга» висела неподалеку. Владислав нарочно не стал пользоваться стандартными шлюзами. Робот, в отличие от Владислава, не имел реактивного ранца и поэтому сейчас они с Ворчуном, напялив скафандры, неуклюже топали по внешней обшивке к одному единственному шлюзу, о котором мало кто имел понятие. Это был аварийный шлюз для выхода в космос.
Разумеется, о нем на корабле знали, но никогда не пользовались. Зачем лезть через заборы, когда нормальная дверь имеется? Однако агент хотел воспользоваться именно этим шлюзом, считая, что остальные могут находиться под наблюдением, а он хотел оказаться на корабле незаметно и как можно более внезапно.