Проходя, Малыш ухитрился звучно шлепнуть негритянку по оттопыренному заду, от чего женщина звонко и радостно взвизгнула.
– Сеньор директор компании «Магнус» предлагает нам заменить заболевшего водолаза, – по-английски сказал Клим, опасаясь говорить по-русски. Слишком много выпускников института имени Патриса Лумумбы шлялись по белому свету в поисках собственного счастья.
При этих словах Клим передал Малышу сигару в алюминиевой коробочке.
– Сколько? – тупо уставясь на исполнительного директора, спросил по-английски Малыш, корча из себя тупого бодигарда.
При этом Малыш в лучшем стиле фильмов Шварценеггера, поиграл грудными и плечевыми мышцами, которые у него были только немного меньше, чем у прославленного киноактера, но зато намного эластичней и подвижней.
Директор тоже в лучшем стиле среднеазиатов выкатил глаза и сделал тупое выражение лица, ясно говоря:
«Моя – твоя не понимай!»
– Сколько денег дают за работу? – пояснил Малыш и усевшись на скамейку принялся разъяснять, тыча толстым, как патрон от крупнокалиберного пулемета пальцем в серого от волнения исполнительного директора, сгоняя его на край плетеной скамейки:
– Надо приличный акваланг мне, чтобы я мог в случае опасности прийти на помощь тебе Матос. Так, как они работают, без страховки, под воду, я тебя не отпущу. Вдруг на тебя нападет огромный жакаре или пираньи.
Под водой могут даже напасть конкуренты и передавить или обрезать воздушный шланг, – продолжал с каменным лицом, нагнетать обстановку Малыш, сам не один раз нырявший в Амазонку и прекрасно знающий повадки, как крокодилов, так и пираний.
– Какие пираньи! В Кагера пираньи не водятся и, слава Святой Марии, никогда не водились.
– Индейцы говорят: появились мутированные пираньи, которые расселяются из Амазонки в другие реки! – настаивал Малыш.
И как последнее средство, говорящее о вреде погружений под воду. запричитал, как базарная торговка:
– Если с тобой Матос под водой, что-нибудь случится, то Жозефина мне все глаза выцарапает. Она нападет на меня, как пума и будет рвать мне глаза и кричать:
«Ручи! Что же ты наделал? Почему загубил моего мужа?»
«Из всего монолога понятно, что меня по документам зовут Матос, а Малыша – Ручи, и оказывается у меня есть жена по имени Жозефина!» – отметил про себя Клим.
Видеть огромного спецназовца в роли базарной торговки было смешно и забавно.
Клим видел такое в первый раз в жизни и про себя от души веселился.
Поняв, что придется давать деньги, пузатый негр заметно опечалился, но счел своим долгом похвалить Клима, пардон, Матоса, что привело к совершенно противоположному результату, чем рассчитывал пузан:
– Ваш друг совершенно уникальный человек! В одиночку, без снаряжения, с одним только ножом, освободить водолаза и при этом пробыть под водой четыре с половиной минуты!
«Много, очень много я был под водой. Непростительное легкомыслие. Оказывается, аборигены очень наблюдательны, умеют смотреть на часы и даже делать логические построения. Я, правда, могу просидеть под водой и десять минут, но показывать это никому нельзя! Надо срочно заставить пузана забыть о моем уникальном погружении!» – пронеслись быстрые мысли в голове у Клима, но вслух он ничего не сказал.
– Поэтому цену за работу такого выдающегося водолаза надо удвоить! – сказал Малыш и победно улыбнулся.
Клим не заметил, что плетеную скамейку обступили со всех сторон обитатели баркаса и только когда пузан рявкнул на местном наречии на своих подчиненных, обратил на них внимание.
– Я думаю двадцать процентов алмазов, которые вы с нашей помощью найдете, будет достаточно, – спокойно сказал Клим, смотря на реку вверх по течению.
– Санта Мария! Где вы видели такие цены за работу водолаза? – завопил на всю реку пузан, вздевая руки вверх.
– По-моему, вполне справедливо! Если вы ничего не найдете, то ничего и не заплатите, – сказал подошедший сзади Ассис.
Пузан сразу сник.
Клим решил еще подлить масла в огонь спора:
– Под водой, ваш водолаз запутался в притопленных сетях, которых я насчитал три штуки, пока находился под водой. Одна из сетей намоталась нам на винт и сейчас вы можете только плыть по течению, как плот.
Ваш баркас полностью потерял ход.
– Очень странно, такого никогда не было! – испуганно сказал пузан, кидая затравленный взгляд вверх по течению реки.
– Один легководолаз, если ему помогают, или три человека с лодки, легко может пускать такие сети вниз по течению реки, – пояснил Клим, внимательно наблюдая за реакцией исполнительного директора.
– Давайте начинать работать! – согласился пузан, обреченно махнув рукой.
– Вы пока сращивайте обрезанный шланг, а я нырну и освобожу винт! – вставая, распорядился Клим, махнув повелительно рукой.
Малыш уже начал работать.
Сложив в пластиковый пакет свою одежду, обвязал конец вокруг талии Клима и встал на корме.
– Пока я буду нырять, принесите акваланг, ласты и маску. Вдруг я не сумею освободить винт с одного погружения! – приказал Клим.
Нырнув с борта, Клим сразу ушел под воду и осторожно, держась за деревянную обшивку начал спускаться по течению к винту.
