– Нет, – шутливо произнесла Изабелла, – ты же из гостей.
– Буду я объедать своих, – рассмеялся капитан.
Прошло несколько дней в ожидании Кобылье. После обеда, когда Пожарэн зашел к себе, чтобы прилечь, к нему пожаловал Роберт.
– Не спишь? – спросил он.
– Храплю, – смеясь ответил тот.
Они сели рядышком. Посидели молча. Пожарэн понимал, что капитан зашел неспроста, но разговора не начинал. Наконец, Роберт ударил его по коленке:
– Ладно, быть по-твоему. Пусть живут. Только как ты хочешь это сделать? У нас, например, если мы хотим с кем-то из врагов иметь дело, тот пишет расписку, что будет служить нам. Ну, вроде дает слово извещать нас об опасности или выполнять наши поручения.
Пожарэн подумал и сказал:
– А это умно вы придумали. Если захочет, не отвертится.
– Говори с ними. – Он опять ударил его по коленке и поднялся.
– Роберт, не торопись. Мне нужен только Вернер.
– Тогда другого я повешу.
– Нет. Нельзя. Чтобы Вернеру верили, я думаю, им надо как бы бежать от нас. Понял?
– Понял, – согласился Роберт, – тот будет подтверждать. Ладно, твоя взяла. Делай.
Все эти дни ни Вернера, ни Вольфа никто не тревожил. И вдруг потребовался Вольф. С ним был короткий разговор. Пожарэн объявил, что за хищение капитана он будет повешен. Тот вдруг упал на колени и обхватил ноги Пожарэна.
– Я выполнял приказ… – лепетал он, – прости меня.
Пожарэн разнял его руки и велел увести. Вернувшись в темницу, он слезным голосом объявил Конраду, что их ждет висилица.
Вскоре вызвали и Конрада. Когда он вошел, то видок у него был такой, как будто его уже вели на виселицу.
– Жить-то хочешь? – с этого вопроса начал разговор Пожарэн.
Вернер даже не поверил. Он ждал кучу обвинений, а тут раз… уж не подвох ли какой.
– А кто не хочет, – буркнул он.
– А тот, кто начинает глупить, думая, что этим он кому-то что-то докажет и не согласится с предложением.
Вернер начал приходить в себя. Похоже, все же ему хотят сохранить жизнь.
– Что я должен сделать?
– Ты. Выполнять наши поручения.
Вернер почему-то долго смотрел на Пожарэна, точно хотел выведать у него тайну.
– Я… не могу быть… предателем, – наконец промямлил он.
– Тогда виси честным человеком. Эй! – крикнул Пожарэн, глядя на дверь.
– Подожди, князь, – торопливо сказал Вернер.
Но дверь уже открылась. Пожарэн махнул рукой, мол, потом позову. В то же время у него мелькнула мысль: «Откуда он узнал, что я князь?», но расспрашивать не стал.
– Я слушаю тебя, – и в упор поглядел на Вернера.
– Что я должен сделать? – густо покраснев, понимая, какой в жизни шаг он совершает, спросил он.
– Написать, что ты будешь соучаствовать в наших делах.
– Это как?
– А вот так. Литовцы захотели напасть на нас. Начнут стягивать на восток войска. А мы, узнав об этом, дадим тебе знать. Вы нападете на них. Они же этого не ожидают. Будет богатая у вас добыча. Или, узнав, что литовцы готовятся напасть на нас, а мы не знаем, заблаговременно предупредишь нас. Мы за это еще тебе заплатим.
Тот подумал и спросил:
– А если наш магистр захочет на вас напасть, тоже сообщать?
От этих слов у Пожарэна раскрылись широко глаза:
– Вы? Аль забыли слова: кто с мечом к нам придет… Нет. Вы уже, думаю, не очень-то захотите. А если вдруг захотите, ты отговоришь, не получится, нас предупредишь. Напомнишь им былое. Ты только спасешь своих. Понял?
– Вы… будите платить? – спросил Вернер.
– Будем. И хорошо будем. Не бойсь. Но об этом никто век не узнает.
Вернер еще какое-то время о чем-то подумал, потом сказал:
– Давай бумагу, – сел за стол и написал.
Пожарэн через плечо посмотрел и подсказал:
– Подпиши, кто ты есть.
Тот послушно подписал. Пожарэн забрал ее, сложил и спрятал в карман.
– Как я отсюда выберусь?
– Не ты, а вы.
– Не понял.
– Возьмешь своего Вольфа, он будет свидетельствовать. А сделаем мы так…
Назавтра их обеих вызвали к Пожарэну. Он объявил им, что капитан приговорил их к повешенью… Слышите....
За окном раздавался стук топоров. Пожарэн открыл окно… В этот момент Вернер ринулся на него. Схватив подсвечник, он ударил Пожарэна по голове. Тот упал.
– За мной! – крикнул он Вольфу и спрыгнул в окно.
За ним последовал и Вольф. Во дворе конюх держал почему-то двух оседланных лошадей. Они подскочили к нему, отбросили его в сторону и прыгнули в седла. В замке никто опасностей не ожидал, ворота были открыты. Погоня долго собиралась и результата не дала.
Регент Франции Карл принимал графа де Сен-Поля, главу делегации на переговорах с англичанами по поводу выкупа короля Иоанна Доброго, плененного ими при Пуатье. Как бы в насмешку, они назначили переговоры в этом городе.
Слушая графа, Карл нервно покусывал губы. И было отчего.Те заломили за короля невиданную цену. Помимо нескольких миллионов ливров, они требовали отдать им практически весь юг Франции. Карл был любящим сыном. Но еще сильнее он любил… Францию и согласиться на такое он не мог.
