– У меня вопрос, – пробормотал невнятно Мануэль Аптон. -Я слышал, что в доме миссис Вэлдон живет ребенок и няня при нем. Я ничего об этом не знаю, но человек, рассказавший мне это, не болтун. Есть ли какая-нибудь связь между ребенком и письмом?
Вулф нахмурился.
– Ребенок? Ребенок миссис Вэлдон?
– Я не сказал: «ее ребенок». Я сказал, что в ее доме находится ребенок.
– В самом деле? Я спрошу у нее, мистер Аптон. Если это как-то связано с письмами, миссис Вэлдон должна понимать это. Кстати, я посоветовал ей никому не говорить о письмах, никому без исключения. Как вам известно, джентльмены, она не упоминает о них даже в разговорах с вами. Так что это дело в моих руках.
– Очень хорошо. Вы и ведите его, – Аптон встал. Его вес составлял около половины веса Вулфа, но от усилия, которое ему пришлось затратить, чтобы этот вес поднять, он мог опрокинуться.
– Ваш метод ведения дела все испортил, – сказал Аптон. – Я ничего не должен миссис Вэлдон. Если она рассчитывает на мое одолжение, она может попросить меня сама.
Он направился к выходу, по дороге задел Лео Бингхэма, который отстранился от него. Так как гость есть гость, а также потому, что я сомневался: хватит ли у Аптона сил и энергии закрыть дверь, я проследовал за ним в холл и вывел на улицу. Когда я вернулся, говорил Юлиан Хафт:
– ... но прежде чем я это сделаю, я хочу переговорить с миссис Вэлдон. Я не согласен с мистером Аптоном и не скажу, что вы поступаете с нами дурно, но все это... довольно странно, – он повернулся к Крагу. -Я согласен с тобой, Вилли, с твоим мнением о людях, посылающих анонимные письма. Я предполагаю, ты сочтешь меня слишком предусмотрительным.
– Это твоя привилегия, – ответил Краг.
– К черту привилегии! – воскликнул Бингхэм и рассмеялся в лицо Хафту. – О тебе я не сказал бы «слишком предусмотрительный». Я сказал бы прямо: ты рожден трусом, Юлиан.
Передо мной лежала копия счета по делу из картотеки под буквой "В" Вэлдон. Вторая часть этого дела – работа над фамилиями, представленными Виллисом Крагом, Лео Бингхэмом, Юлианом Хафтом и Люси Вэлдон (от Мануэля Аптона мы не получили ни одного имени) – эта работа длилась двадцать шесть дней и стоила клиентке 8 тысяч 674 доллара 30 центов, не считая моего жалования.
В списке Люси было 47 фамилий, у Хафта – 81, у Бингхэма – 106 и у Крага – 55. Одна из дочерей Аптона, замужняя, была в списке у Хафта, Бингхэма, но ее не было у Крага. Замужняя дочь Хафта нашлась в списке Люси, но отсутствовала у остальных. Конечно, фамилии в списках дублировались, но всего имелось 148 различных имен, которые составили:
+–+–+–+
| Разделы | Количество | Положение |
+–+–+–+
| А | 57 | Не замужем |
+–+–+–+
| В | 52 | Замужем, живут с мужьями |
+–+–+–+
| С | 18 | Разведены |
+–+–+–+
| D | 11 | Вдовы |
+–+–+–+
| Е | 10 | Замужем, с мужьями не живут |
+–+–+–+
Другая статистика из тех же разделов определяла женщин, у которых родились дети в интересующее нас время:
+–+–+
| Разделы | Количество |
+–+–+
| А | 1 |
+–+–+
| В | 2 |
+–+–+
| С | 0 |
+–+–+
| D | 1 |
+–+–+
| Е | 0 |
+–+–+
Женщина из раздела "А", у которой родился ребенок, работала в конторе Крага, но все об этом знали, и ребенок был на законном основании отдан (или продан) в бюро по усыновлению. Саул две недели выяснял: не было ли тут обходных путей, приведших в вестибюль миссис Вэлдон. Женщина из раздела "Д" (вдова) вероятно, представляла проблему для друзей и недругов, но не для нас. Ее муж умер за два года до рождения ребенка, но она принялась его воспитывать, не обращая ни на кого внимания. Я сам его видел.
Два ребенка из раздела "В" (замужем, живут с мужьями) оказались тремя – у одного был близнец. Все они жили с родителями. Фред видел близнецов, а Орри – третьего ребенка.
Кроме матерей, две девушки из раздела "А", две женщины из раздела "В", две из "С" и одна из "Д" в течение интересующего нас времени находились вне дома. Орри пришлось слетать во Францию, на Ривьеру, чтобы узнать об одной из них, а Фреду – в Аризону с расспросами о другой.
В качестве образчика «назойливого любопытства» работа была проделана на должном уровне. И когда в половине четвертого утром в среду 7 июля позвонил Саул и доложил, что последний небольшой пробел с усыновлением закрыт, он сам видел ребенка, и операция завершилась, мы оказались точно там, где были. 12 июня, двадцать шесть дней назад.
Впрочем, с небольшой разницей. Возникло два новых обстоятельства.
