— Так, это, наверное, аграрный робот, — логично предположил я. — А где он там? — заинтересованно вглядывался я в заросли.
— Знаешь, Жора, может поедем? — вдруг подала голос Света.
— Так интересно же! И что такое? — заинтересовался я, и тут же чуть не сплюнул. — Тьфу, пакость какая! Поехали!
Просто какие-то сволочные и безвкусные конструкторы сделали аграрного робота в виде мерзкого такого, с клешнями-секаторами, многолапого краба. Пакость такая, тьфу!
Ну да ладно, полдороги проехали, окрестностями любуемся-наблюдаем. Живность в округе какая-то есть, но мелкая, редкая, на глаза не попадается вроде.
А вот флора начинает вести себя совершенно безобразно. Просто напластование каких-то лоз, листьев, усиков и прочего, фактически скрывающее пластобетон дороги. Даже скорость сбавить пришлось, эту пакость давя.
Но ладно, едем. И тут Вездетанк ощутимо дёргает, и мы останавливаемся на месте.
— Жора, водила криворукий! — послышалось с пола.
— Это не я, Свет, — буркнул я, копошась и пытаясь понять, что за фигня — газую, а стоим.
— Внештатная ситуация! Ориентировочно — агрессивная флора! — отрапортовал Мопс, по-моему — растеряно.
И выдаёт на дисплей картинку с башенного датчика: несколько толстенных усиков обвились вокруг колеса и задней оси Вездетанка. Да ещё и дёргаются, пытаясь многотонную машину куда-то уволочь!
— Это же горох, — опознал я хулигана. — Вот ты сволочь такая! А я тебя всегда любил, в каше и супе! Мопс, пережги паразита!
— Слушаюсь, товарищ Жора! — отрапортовал Мопс, врубая лазер.
Озверелый горох перерезался, мы поехали дальше. Точно мутант — бешеный горох с ловчими усиками на тяжёлую технику в народном хозяйстве нахрен не нужен! Хрен нужнее!
В общем, с приключениями, но более-менее нормально добрались до центра экхоза. Десяток домов, половина — жилые, многоквартирные. Половина — лаборатории-производства, что-то такое. Заросло всякими лозами всё, но не сильно. Так, скорее вид оживляет. Ну а влажность в округе джунглевая, аж оптически неважная — туман-взвесь. Может, и не просто воды, а всякие микроэлемнты полезные есть, вот и растёт на пластобетоне.
И Царапина отчётливо видна, целая и неповрежденная. К ней, конечно, не подъедешь — мы на площадке грузовой встали, а дальше в посёлок Вездетанк точно не пройдёт.
— Так, снаружи безопасно. Тепло, фон почти нормальный, агрессивного ничего. Идём, осматриваемся, потом в Царапину за ВОдЧ-18, — озвучил я.
— Волю тренируешь? — уточнила Светка.
— И это тоже. Хочется, конечно, сразу рвануть в Царапину, но успеем же. И просто осмотреться интересно, — ответил.
Хотя идея «осмотреться» вышла не очень. То ли часть работников, то ли все, не понять, оставались в экхозе после атаки. И видно, от лучевой болезни померли… или не хочется думать, если честно. Просто костяки, которых было немало, носили явные следы травматических переломов. Даже находящиеся в помещениях! Понять, от этого ли они умерли или нет — не вышло, но даже разбитые черепа встречались!
— Чем это их так? — всё пытался понять я.
— Может умерли от радиации или яда — химию империалисты тоже пускали, а потом тот же так любимый тобой горох? — предположила Света.
— Может быть, хотя возражений на эту теорию, Свет, у меня уйма.
На что Светка пожала плечами — ну, какая есть, теория. И то правда. Заскочили в лаборатории — и костяки, и бардак с растущими где ни попадя лозами. И да, точно на «свете и воде», у салатовых лоз с тонкими листиками корневой системы не было, как факта. Специально проверил.
— Так, тут — генераторная, точно рабочая, — указал я на одноэтажный блок. — Идём в Царапину, смотрим. Нет конвертора там — в генераторную.
Так и поступили. Царапина была, была рабочей, опознала нас, даже жопы, мне предыдущей Царапиной начисленной, считала.
И безропотно предоставила ВОдЧ-18, сняв сколько-то жоп со счёта. Я, на радостях, заказал бутыль шампанского и закуски, что мы тут же и потребили. На ходу, но всё же. А потом с интересом запросил у Царапины ассортимент «вообще».
— И ВОдЧ-18 ещё дай, наверное. А то мало ли…
— ЦРППН не имеет в ассортименте энергоконверторов основного контура ВОдЧ-18, товарищ Верхазов! — отрапортовал вычислитель центра.
— Блин, повезло значит. И как-то скудно с ассортиментом, — озадачился я. — ЦРППН, а чего у тебя почти ничего нет? — уточнил я.
— Распределяемое оборудование и продукция первой необходимости распределено ЦРППН, — ответил вычислитель. — Обновления складированных запасов не производилось 203 года.
— Ну что не производилось — понятно. А распределено и ладно. Слушай, ЦРПНН, так у тебя жопы есть наличные? — с усмешкой уточнил я.
— Верный вывод, товарищ Верхазов.
— Выдай мне мои жетонами, — хмыкнул я, — Все.
И тут нас ну… не погребло, но куча жоп нарисовалась внушительная. Так, иронично вышло, учитывая что не особо они и нужны…
— Щаз, не нужны! — возмутилась Светка. — Всё возьмём! Пригодится!
— Может, и пригодится, — не стал я спорить, прикупив сумки.
Уложили жопы в баулы, даже Бейго досталось. И только думали идти к Вездетанку, как сообщение связью:
— Диверсионная деятельность агрессивной фауны!
