– В душ! – с новообретенной решимостью приказал Пьющий кровь, подталкивая меня к двери и не давая обернуться. А мне так хотелось разглядеть мужчину в подробностях. То, что мне удалось пощупать, мне понравилось. Мне все понравилось. Благо, эмоционально он теперь в полном порядке. Он тонкой нити не до конца разорванной связи, пусть заблокированной, веяло чем угодно, кроме смерти.
Кстати, отчего моего бывшего учителя так… расколбасило? Вот буквально недавно все было если не хорошо, то приемлемо, и вот… Мертвая кровь!
Усмехнувшись, я позволила втолкнуть себя в ванную комнату.
Пустив воду, нырнула в белый, мгновенно заполонивший помещение пар.
Не моя забота. Я получила, что хотела.
О, да… Но уже хочу еще!
В постели я лежала, уткнувшись лицом в подушку. Молча. Потому что просто не понимала, как себя вести с растянувшимся рядом вампиром. Вот кто никаких моральных терзаний не испытывал. Так почему же я мучаюсь? Подумаешь, вытащила из депрессии нетрадиционным, и очень приятным способом.
– Ну так с чего ты так расстроился? – развернувшись, махнула рукой на сомнения. В конце концов, вечером я уезжаю.
– Политика.
Вот уж с чем связываться не желаю. И знать не хочу, что происходит в столичных кругах Родов и Семей. Не мое это дело. Мое рвать и терзать. И следовать инстинктам. Усмехнувшись, перекатилась на бок, отбрасывая пушистое покрывало. Навалилась на Павла, заглянула в лицо. Тот усмехнулся и спихнул меня на простыни.
– Я вечером уезжаю.
– Догадываюсь. Куда? – с весьма умеренным интересом спросил Пьющий кровь.
– Славный южный город на реке Волге ждет меня.
– Ах, вот как. Город ничем не хуже других. Удачи.
Равнодушная сволочь!
– Ну, раз так, – поднялась, кутаясь в простыню, – я пошла. Заезжай в гости.
Вспышка ярости вымела меня из комнаты. Растерянно замерев в коридоре, задумалась. Посмотрелась в зеркало. В янтарных глазах пылало раздражение, свежие шрамы змеились по телу тонким бледным узором. И куда я пойду? Так, голышом и качаясь от слабости?
– Еда в холодильнике, одежда в шкафу дальше по коридору, – раздалось из-за двери.
Рыкнув, я развернулась и полоснула обеими руками по двери, оставляя на темно-коричневом дереве глубокие царапины. Все-то он знает! Учитель…
– А в гости я загляну как-нибудь. Жди.
Я прикрыла глаза и улыбнулась. Вдохнула. Павел стоял совсем рядом, за тонкой панелью, положив руки на косяк. Он, наверное, улыбался, добавляя незнакомую нотку в привычный аромат. Наглый, опасный, сильный. Несмотря ни на что, сильный. Я прильнула к двери, вслушиваясь, запоминая. Странное ощущение… Желание подчиниться смешалось в груди с осторожной заботой, прикрытой тонким слоем медленно тлеющего раздражения. Ох, похоже даже на Высшую может найтись своя альфа…
Какое странное прощание.
– Я буду ждать.
Волчья натура согласно промолчала. Так правильно.
В перламутрово-розовом свете восходящего солнца, заливавшем небо от края до края, сизо-серебристая муть под ногами не выглядела опасной. Просто туман, никак не желающий рассасываться с окончанием ночи.
Он клубился, колыхался и свивался спиралями, не подчиняясь порывам ветра, изредка налетавшим из степи.
Я сидела на самом краю обрыва, свесив ноги. А в котловане, в этом месте не таком уж глубоком, будто клубок змей свился. Серость сложилась отчетливыми кольцами, одна прядь чуть приподнялась, будто отслеживая мои движения.
Но страха ничуть не ощущается. Будто это просто – туман. Однако, если туда свалиться, обратного пути не будет. Так или иначе. Но по большей части чисто физически, разумеется. То, что нам удалось оттуда выбраться, заслуга Павла.
Проведя рукой по жесткой щетине травы, нащупала камушек и отправила его вниз. Он беззвучно, без всплеска, исчез в глубине.
И что я здесь делаю?
Не знаю. Отдыхаю, наверное.
И еще мне интересно, что же это такое? Нечто, изменившее нас почти до неузнаваемости.
Бывший Одержимый, помолодел, его прошлое было стерто полностью, похоже, до момента развилки, ведущей именно к вызову потусторонней твари.
Марина, сирин-полукровка, будто бы повзрослела. Выросла не телом, но душой, в ней выгорело все человеческое, как после полной инициации и принятия в Род с помощью кровного ритуала.
Я… получила целую кучу странных чужих воспоминаний, что удивительно, детских, и до сих пор не могу в них разобраться. Наверное, потому сюда и сбежала из города, озабоченного попыткой изжить последствия беды. Чтобы разобраться.
Павел… его, похоже, больше не мучает примитивная жажда Низших. Контуры ауры замкнулись внутрь, не теряя более энергии, а все больше накапливая и восполняя. Странно. То есть, он как-то помолодел, выздоровел, если последствия прерванного Ритуала отъема силы и сути можно назвать болезнью. Он снова Высший.
Хорошее вышло купание.
Надеюсь, что здесь, на берегу, мне удастся привести в порядок мысли.
Сзади послышались шаги, дохнуло ароматом полыни.
Павел присел рядом.
Не отрывая взгляда от розовеющего горизонта, вопросительно хмыкнула.
– Долго еще дуться будешь?
