Возможно, разум не является в действительности смыслом мироздания. Сам я верю, что эти люди вновь поднимаются по ступеням эволюции, только своим путем. Но нас это уже не касается. — Джонг встал на колени и закрыл Монсу глаза. — Нам позволили искупить наше преступление, — мягко произнес он. — Самое малое, что мы можем сделать для них — это в свою очередь простить их. Разве не так? И… мы не знаем, остались ли где-нибудь во всей вселенной какие-то другие разумные существа, кроме нас и людей этой планеты. Нет, нам нельзя убивать их.
— Тогда почему они убили Монса?
— Они дышат воздухом, — сказал Джонг, — и за неимением врожденной способности к плаванию им, несомненно, приходится учиться плавать, как ластоногим. Поэтому им для размножения нужны участки суши. Тот пляж… да, именно там, скорее всего, зарождаются новые поколения. Небольшая группа мужских особей отправилась на пляж заблаговременно, чтобы убедиться, что там все в порядке. И вот они увидели нечто странное и ужасное, разгуливающее как раз в том месте, где предстоит рождаться их детям. И они решились уничтожить его. Прости меня, Монс, — шепотом закончил он.
Нери тяжело опустился на сиденье. На шлюпке воцарилась тишина.
Пока ее не нарушил Илмэрей:
— Думаю, вы нашли ответ. Нам нельзя оставаться здесь. Немедленно возвращайтесь, и мы все взвесим.
Ригор кивнул и тронул рычаги управления. Ожив, двигатель мерно загудел. Джонг встал и, подойдя к иллюминатору, стал смотреть вниз, на море, похожее на расплавленное серебро. Оно быстро уменьшалось, зато небо над головой густело все больше, и на нем все ярче разгорались звезды.
"Интересно, что это был за звук?" — рассеянно подумал он. "Безусловно, шум ветра, как сказал Монс. Но я никогда не буду в этом уверен". На какое-то мгновение ему показалось, будто в содрогании энергий и металла, в пульсации собственной крови он снова слышит рог охотника, преследующего зверя, который бежит и плачет.
