Резкий удар в бок, сопровождающий тупой назойливой болью. В Охотника врезался еще один Лик, что намертво вцепился в него когтями. Ангел летел прямо, не останавливаясь, тараня здание Артемом, кой-едва ли успел укрепить свое тело. Парень схватился за голову монстра.
— Высвобождение!
Из перчатки покорно вырвалось пламя и сожгло голову лика, обезглавив монстра. Они остановились в одном небольшом домике, протаранив второй этаж. Тело Артема нещадно жгло, тупая боль обратилась в острую и колкую, но он, стиснув зубы, перебираясь через куски древесины и разрушенную площадку, схватил Лика и выпустил в пернатого молнии, пока голова не вернулась в норму. Плоть монстра начала испаряться на глазах, однако спустя мгновение неожиданно кто-то сверху пробил дом. Ещё один очередной небесный воин врезался в Охотника и пробивать им этаж, из-за чего они оказались на первом. Быстро вскочив, Артём использовал скачок, достал винтовку с божьей пулей, на счастье, ещё не угасших в его орудиях.
— Кха!
Лик умно подловил Охотника и в момент его скачка ударил парня крылом. Тот отлетел в стену. Крылья этих существ были прочнее металла и твёрже стали. Монстр, тоже использовав скачок, прибил Артема к холодной деревянной поверхности, прижимая, и схватил его за руку. Из ног крылатого удлинились странные острые отростки, что намертво прибили ноги Артема. Парень попытался высвободиться, выпускал из себя потоки молний, чтобы отшвырнуть Белого лика, но тварь не поддавалась. Плотно вцепился наглец. Небесный воин свободной рукой, положил свободную руку Артёму на голову и впился в глаза парня.
«Что за?..»
Артем в растерянности смотрел в глаза Лика, и, словно яркие белоснежные звезды на чёрном, подобно тьме, полотне, они ожили, начали закручиваться в хоровод. Сознание парня стало бесследно меркнуть, отдавать бликами, как на экране телевизора. И все перед ним стремительно изменилось. Это безвольное создание залезло в самое сокровенное Охотника… его память. Поток информации закружился вокруг в бешеном вихре, танцуя и выдавая разные картины. Голова начала взрываться болью, слишком много всего, отчего Охотник закричал, не понимая, что происходит. Но тут же кадры замедлились, стали сменяться более порядочно, не так хаотично, пока почти полностью не остановились. Вот сменился ещё один… Лик словно хотело его добить.
Пернатый исчез перед взором Артёма, зато возникло совсем иное. Он лежал на влажной траве, шёл проливной крупный дождь, сопровождаемый оглушительными раскатами грома и буйными вспышками молний. Грудь пылала, а из рта бежала кровь, тело трещало по швам. Но он смотрел только на человека, кой-стоял над ним, повернувшись к умирающему спиной, будто не замечая утекающей позади жизни и наслаждаясь тьмой и всполохами молний вокруг. В его руке был меч.
— Это твоя кара, Проклятый!
— Август… — прохрипел Артем.
Мужчина обошел Охотника, всё также скрывая своё лицо во тьме. Схватив Артёма за шиворот, человек поволок его за собой по мокрой траве и грязи, оставляя за собой лишь кровавое полотно следов.
— Ты думал уйти на покой… думал, что все забудут про тебя? Как смешно… ты был лучшем из лучших, а стал всего лишь тенью себя былого.
Артём смотрел на то место, откуда его не так давно оттащили… на огромный дуб, теперь всецело поглощённый мраком ночи.
— Ничего личного, просто он был сразу обречен, как ты взял его к себе… Мне говорили, что ты нашёл его в развалинах города Zet и воспитывал эти два года… Да, умер он мучительно, — послышался мерзкий смешок.
Прозвучал раскат грома, вместе с ним небо рассекла ослепляющая бестия — молния, и все озарилось лазурью. Всего лишь на секунду, но этого хватило, чтобы увидеть… На многовековом великанском дубе гвоздями был прибит маленький мальчик десяти лет. Его голубые глаза померкли, свет жизни иссяк, а тело уже давно остыло. Веки так и не закрылись. Его брюхо было вспорото, наружу вылезли внутренности. Завидев это, Охотник бессильно раскрыл рот, глубоко вдыхая, как рыба, выброшенная на берег. У него сразу же иссякла вся энергия, он не мог вымолвить и слова, из его глаз потекли слезы. В душе же начало что-то разжигаться. Гнев окутал его разум, прожигая всё тело насквозь, разливая по венам лаву.
— К-А-А-Й-Й-Л!!!
Мир тут же вернулся, Белый лик закрыл глаза на мгновение, а затем залился многоголосным криком и отпустил руку Артема.
Парень наклонился и свесил голову с рукой. В его память врезалась своя же кончина… и смерть его ребенка, которого он поклялся защищать, воспитать и помочь выжить в этом мире. Сделать хоть что-то, стать как Ева для Артема когда-то. Но его убили… Жестоко растерзали, прибили на гвозди к древу, вспороли брюху. Убили как животное!!!
На теле Охотника сами по себе вспыхнули молнии. Они то возникали, то меркли, в них будто шла борьба. Вспышка… ещё одна вспышка… И вот они разожглись настоящей бурей. И лазурь сменилась цветом рубина, цветом свежей крови. Алые молнии оплели тело Охотника, разжигая огонь мести и гнева в его душе.
