— В пятницу вечером мы войдем в бухгалтерию и проведем там всю ночь. На другой день с самого утра мы станем хватать всех служащих, как только они будут входить в дверь, поодиночке. С самого начала мы будем держать ситуацию в своих руках. По мере поступления денег служащие будут укладывать их в чемоданы.
— Как ты смотришь на это дело, Паркер? — поинтересовался Фоннио.
— Еще не знаю. Как вы войдете туда?
— Через вход, — охотно пояснил Кафка. — Ворота там решетчатые. Наверху острые наконечники. Они не доходят до верха ворот. Я могу поднять Боба, и он там легко пролезет.
— Как угорь… — лукаво добавил Боб, жестом показав, как он будет это делать.
— Кроме главного входа, есть еще несколько входных дверей, — продолжал Кафка. — Они, разумеется, заперты, но изнутри их нетрудно открыть.
— Что будете делать, если вас с Бобом кто-нибудь заметит? Кафка самодовольно ухмыльнулся:
— Тогда мы превратимся в самых ранних пташек, решивших первыми занять очередь в кассу Северного входа. Мы все проработали, Паркер, можешь мне поверить. У Южного входа фоторепортеры будут снимать болельщиков. Восточный вход находится прямо у шоссе. Сопоставив все это, мы выбрали Северный вход. Совсем рядом с этим входом расположен парк. И если там кто-нибудь прогуливается, то какие могут быть подозрения? Это обычное дело.
— Порядок. Что дальше?
— Нам придется открыть три замка, чтобы добраться до бухгалтерии. Очутившись там, мы станем ждать до утра.
— Дело серьезное, Паркер, и ты хорошо это понимаешь, — сказал Боб. — Нам не хватает только тебя.
— Это здорово, если все пойдет так, как рассказывал Кафка, и если мы благополучно выберемся оттуда.
— Итак, что ты намерен делать теперь? — напрямую спросил Кафка Паркера.
— Что делается на стадионе сегодня вечером или завтра в первой половине дня?
— В будние дни? Ничего.
— Тогда нам следует сделать пробную вылазку, — предложил Паркер. — Сегодня же ночью. Все равно нам понадобятся слепки с замков. Давайте пойдем туда поскорее.
— Хорошая идея…
На стадион они отправились ночью, и все прошло точно так, как говорил Кафка. Боб перелез через ворота Северного входа и впустил остальных, открыв зеленую дверь в стене, находившуюся в десяти шагах налево от ворот. Они очутились в бетонном тоннеле под большой трибуной. При свете карманных фонариков они двинулись направо вниз по тоннелю и оттуда попали в подвал административного здания, где оказались прямо у железной лестницы.
Всей группой поднялись на второй этаж. Там Эрни бесшумно и быстро поработал над закрытой дверью. Она открылась. Никакого устройства для поднятия тревоги не было. Не было на стадионе и сторожей. Правда, стоянка охранялась частными университетскими охранниками.
Кафка провел всех через первую дверь ко второй. Благодаря мастерству Фоннио была открыта и эта дверь. Теперь им предстояло открыть третью, ведущую в саму бухгалтерию.
Бухгалтерия представляла собой большой зал, разделенный на три части застекленными перегородками. Там была еще маленькая боковая комнатка с бухгалтерскими книгами. Осмотрев помещение, они единодушно решили, что ночь лучше всего провести в этой боковой комнатке.
Затем, тем же путем они двинулись в обратный путь, давая Фоннио время для изучения замков, чтобы тот в следующий раз смог взять с собой подходящие ключи.
Уже в машине Кафка спросил Паркера:
— Ну, что ты теперь скажешь?
— Убедился — внутрь мы проникнуть сможем.
— Верно. А как выбраться оттуда? — Вот главный вопрос.
— Точно.
— Если мы сумеем войти туда, то сумеем и выйти. Только надо детально обдумать, как это сделать, — философски рассудил Кафка.
— Завтра обдумаем. Еще целый день впереди. А теперь мне нужна на время квартира, — перешел на бытовую тему Паркер.
— С женщиной или без нее?
Паркер помедлил, подумал, потом сказал:
— С женщиной…
Впрочем, ему не так уж и хотелось иметь ее. Во всяком случае сейчас. Перед делом он не интересовался женщинами. Зато потом он наверстывал упущенное.
Кафка устроил его у Эллен. Она не была ни профессиональной проституткой, ни даже любительницей. Временами она вообще ни с кем не сожительствовала. Паркера она согласилась поселить у себя постольку, поскольку у него были рекомендации и он мог снабдить ее деньгами на расходы. Она крайне удивилась, когда Паркер не овладел ею в первую ночь. Не в его это было характере. Он же, в свою очередь, не придал этому значения.
Эллен имела свои странности. Она не обращала внимания на свою одежду, на внешность, квартиру и всю свою молодую жизнь. Она неряшливо носила свои платья, редко расчесывала свои длинные черные волосы, не применяла никакой косметики, иногда только красила губы. Ко всему окружающему она относилась так же, как и к своей внешности. То, что она интересная девушка, Паркер не замечал до тех пор, пока она не разделась и не обнажила свое стройное тело.
