Она поцеловала Артёма в губы, и в этот момент, в глазах Охотника предстал пейзаж небольшого дома рядом с тонкой ветвистой речкой. Он увидел самого себя, а рядом его сын, что учиться стрелять из револьверов по соломенным куклам. Рядом с домом, на деревянной лавке, Элизабет вместе с дочкой изучает магические книги, весело подшучивая над мальчишками, когда парень мажет мимо мишеней. Вот что чувствовал Артём, когда Екатерина активировала свои чары. Он не хотел любви от неё… он просто всегда, каждую секунду, мечтал о счастливой семье, где его будут встречать с тёплой улыбкой. Где место клетки и вонючих кровавых бинтов, его будут согревать любовью и вкусной едой. Где место «Чудовища», скажут «Привет, как дела?!» или «Мы так рада тебя видеть.»… и самое желанное «С возращением, ты дома!». Вот какие чувства усиливала Екатерина… ведь любви к ней он не испытывал, и никогда не испытает.
Отцепившись от губ Артёма, девушка начала плакать, сжав его щеки так крепко, словно у него сейчас череп треснет.
— И не смей… слышишь меня… не смей мне лгать, и прогонять меня!
— Да… — улыбнулся Артём, а в его глазах наконец — то проступил огонёк надежды и стремления к жизни, — Больше не повториться… ради нашего будущего, я буду сражаться… Да… я уничтожу всех на своём пути… никто не сможет выжить… никто!
Наступила нежданная тишина. Элизабет не убирала своих алых глаз от Артёма, её дыхание становилось всё горячее, а сердце стучало так сильно, что отдавало в рёбра Охотника.
Они страстно поцеловались, синхронно потянувшись к губам друг друга. Артём ещё никогда не чувствовал столь жгучий жар, что распространяется по всему его телу. Они поднялись с пола, не переставая целоваться. Артём повалил Элизабет на постель и начал растягивать её платье, целуя девушку в шею.
— Прум — пурум…
Бор, сварив суп по семейному рецепту «Алых», из мяса медведя с целебными травами, поднялся по лестнице на второй этаж, дабы помочь Элизабет накормить Артёма. Парень без сознания уже второй день, и в него нужно заливать еду, что бы он не обессилил от недоедания. И наваристый бульон самое то, что бы восстановить силы.
Выйдя в коридор, где в конце и находиться комната Артёма… мужчина услышал странные звуки.
— Не понял?… — прошептал Бор.
Чем дальше продвигался мужчина по коридору, тем отчетливее он слышал сладострастные вздохи и скрип матраса. И остановившись посередине коридора, он увидел дырку в двери и…
Лицо мужчины покраснело как помидор. Он выронил поднос, и побежал прочь от комнаты, сжав уши ладонями и закрыв глаза.
— О Боги!!! Отец не должен видеть подобное!!! БУДЬ ТЫ ПРОКЛЯТ, ОХОТНИК!!!!
Эпилог
Кристам, столица Юга, ещё никогда не горела такими яркими огнями столь дивного праздника. Сегодня день, когда правлению монстров пришёл конец, и Юг справился столь мерзкой заразой. Города вновь открыты, а все монстры убиты и сожжены. И сегодня все пришли отдать должное уважение человеку, кто и подарил мирное время землям Юга — Артём Феникс, Граф Третей Ступени. Король Генрих III, понимая, насколько прославился его вассал, раструбил о деяниях Артёма по всем королевствам. Все теперь знают, что на Юге живёт человек, кто смог одолеть существо, которое и породило на этом свете всех монстров. В замок Генриха III съехалась вся знать, всех Королевств. Даже Короли пришли ради того, что бы пообщаться с Фениксом. Сегодня явно его день.
Внутри замка, в главном зале, раскинулись сотни, а то и тысяча, знатных персон в золотистых одеждах, что отдаёт статусом и блеском богатства. Ещё никогда не случалось такого события, что бы вся знать всех королевств была в одном месте. Все они пьют, разговаривают и едят первоклассную еду. И в конце зала, стоит небольшая сцена, обитая изумрудами. Она манила взгляд каждого присутствующего.
Люмия Гис Араток, будущая жена Генриха III, одела самый роскошный наряд из всех, что ей только доводилось одевать. Платье соткано из золотых нитей, а украшения сделаны из красных сапфиров. Это подарок любимого Генриха III. И теперь Люмия, находясь в кругу знатных людей со всего света, приманивает взгляды своей красотой, и дивным нарядом.
— Господа!
Голос Генриха разнёсся по всему залу, затушив звуки праздника. Все вмиг обернулись к сцене из изумрудов, что блестит в лучах золотого света. Монарх поразил гостей своим ослепительным видом, его белый классический костюм был соткан из пыльцы драгоценных камней, а знак золотого огня на груди сделан из солнечного сапфира.
В руке Генриха бокал красного вина. Он сделал глоток и встал на край сцены, расправив руки в разные стороны.
