Охотник полностью

Работать маньяком нелегко. Во-первых, к лекарствам быстро привыкаешь. А без них - никак. Вот Вы попробуйте с живого человека кожу снять! Что, представили? А я не больший псих, чем многие из Вас.

А так, накачаешься секретным составом, и - море крови по колено. Каким составом? Не знаю. Лаборатория специальная есть где-то, нас обслуживающая. Да и меняется он всё время - к одному компоненту привыкнешь, другой вводят.

Потом - артистом надо быть. Творческая это работа, а, под наркозом какое творчество? Да, режиссёры специальные есть. Тоже где-то зарплату получает. Кто за всё это платит? Ну Вы даёте - масс медиа, конечно. Газеты, телевиденье. Нет, я не знаю, как договариваются и распределяют. Без меня это происходит.

Как такую работу получил? Нашли меня. Видать, по предыдущей работе впечатление оставил. Где работал? Литературным критиком.

Некоторые произведения пишутся в состоянии сильного душевного подъёма. Вот так с вечера чего-нибудь наваяешь, а утром глянешь - ёлочки мои! Лучше б не писал. Потом опять ввечеру в нужной степени эйфористичности состояние войдёшь, перечитаешь - нормально! Потом снова с утра - ёлы…

А бывает, наоборот - в петельном настроении накатаешь вещицу, а на следующий день ужаснёшься, выкинешь и сотрёшь со всех носителей. Потом в следующем нуаре вспомнишь - а ведь классный был рассказец…

Вывод - текст нужно предварять предупреждением:

И.т.д. Вот увидите - воспринимаемость текста возрастёт в разы! Да мы ведь подсознательно и сами это знаем: есть у нас книжки, что читаем, когда грустно, есть - когда устали…

Вот это и предлагаю узаконить. Организовать. Ввести систему рейтингов.

Правда, бывают ещё вещи, которые неинтересно читать ни в каком настроении. Но это - уже не к нам.

Пуля останавливает мне сердце, но я не умираю. Мне ведь так много нужно сделать. Я отщёлкиваю магазин, и бью прикладом. Ещё. Ещё. Ломая руки, плечи и головы. Я пройду. Прошёл. Спрыгиваю с бетонных конструкций на асфальт, разбиваюсь. Плевать. Мне надо пройти ещё немного. В меня снова стреляют. Огнемёт - очень неприятная штука. Сгораю, возрождаюсь из пепла. Я не феникс, просто я не всё успел. Убиваю взглядом. Дальше. Ещё. Испуганные лица, забор. Колючая проволока. Разрываю. Дома, люди. Сколько я иду? Дошёл. Дверь. Прохожу сквозь сталь. Подхожу к тебе, и негромко говорю:

– Я люблю тебя.

В ответ слышу:

– А я тебя ненавижу!!!

И умираю.

5 лет. Стою у речки, гляжу в тёмную воду. Жара-то какая! Делаю шаг, прыгаю. Неожиданная острая боль - на что-то напоролся. Барахтаюсь в краснеющей воде, вижу себя со стороны, правая нога насажена на длинную арматурину, уходящую вглубь. Замираю.

5 лет. Стою у речки, гляжу в тёмную воду. Купаться неохота, да и нога чего-то заболела. А дома по телевизору мультики. Забыл какие…

Да он первый начал. Стою напротив Дениса. Он старше меня на год, выше, и шире в плечах. Не решаюсь ударить, пропускаю момент. Получаю плюху, лечу на землю, плачу. Бегу домой. Мамочка, почему мне так плохо???

Да он первый начал! Бью правой в лицо, попадаю в нос. У Дениса течёт кровь. Добавляю с ноги. Что, хватит? Денис хнычет. Ощущаю резкий подъём сил. Хорошо-то как!!! Иду, широко расправив плечи, и подняв голову.

Здоровый какой! Бью под дых, получаю ответный. Падаю, собираюсь с силами, перекат, подножка, встал. Захват, коленом в бок, и ещё, и ещё, и ещё!!! Падает. Инга подбегает к нему, целует, обнимает за шею. Обжигает меня ненавистью. Уходят вместе.