Возникла ударная волна, которая прошлась по изумрудному городу, словно стихийное бедствие. Она сбила с ног «Иную Расу», а чудовища, которые перепрыгивают с башни на башню, полетели вниз на дорогу.
Силиф прочертил своим телом огромный ров, в который мог запросто поместиться небольшой город.
Из головы Первородного, проступив сквозь серый туман, начала сочиться серая кровь. Его конечности дрожат, а в глазах начал проясняться ясный ум.
«Как странно! — оказался Артём вместе с Самюэлем недалеко от бедняги Силифа, который пытается встать на ноги, — Он не использует „нити“. Видимо контроль разума не такая уж и простая штука. И я не вижу за спиной Силифа „Призрака“. Как его контролируют?»
Силиф поднялся на ноги, как тут же его спина столкнулась с рыхлой землёй, а конечности прибили к почве белые «нити».
Стоя над дядей, как над поверженным вепрем, Самюэль махнул рукой и что–то сжал в ладони.
Артём сощурил глаза, и только сейчас увидел, что Безымянный смог найти в незримом потоке одну из нитей Силифа. Ведь в бою обладатели «Мироздания» либо прячут свои нити в «незримом потоке», или простыми словами — нити сливаются с реальностью, либо они создают кучу псевдо нитей, среди которых лишь семь настоящих, а все остальное — иллюзия.
И ухватился Самюэль за нить «тела».
— Разум! — промолвил Безымянный на языке «первых» Первородных.
Он отпустил «нить» и та разбилась на кучу «под-нитей», которые выглядят как тонкий волос. И все они отвечают за конкретные участки тела: как внутри, так и снаружи.
Безымянный отыскал нужную «под-нить», которая отвечает за обработку данных в мозгу, и крепко за неё ухватился.
— «Тело» моё — стань вездесущим, словно «мысль»!
Самюэль стал неосязаемым и больше выглядел как оживший сгусток ветра, а следом его тело поглотила в себя «под-нить» Силифа.
Артём не удивился данной сцене, ведь он и сам проворачивал подобный фокус с бандитом по кличке «Шрам».
— А–А–А!!!
Силиф резко вскочил на ноги, а его обезумевшие глаза бросались в разные стороны, словно его атакуют с каждой стороны, а следом он и вовсе начал махать руками, словно на него напала стая пчёл.
Всё этого выглядело полнейшим абсурдом… пока из тела Первородного, на мгновение, не вырвалась чёрная сущность с демоническим лицом, в которую вцепился Самюэль. Следом два сгустка света вновь вернулись в тело Силифа.
Наблюдая, как Первородного мотает по всему рву, а из его тела вырываются два сгустка света, Артём тут же понял, что тут происходит…
— Палач⁈… — узнал Охотник существо, которое проникло в разум Силифа.
— Знаешь его? — спросил Самюэль.
— Да, — кивнул Артём, — Эта мразь завладела телом Делюрга. Как я понял, он пытался использовать Аннабель, да вот она ему не далась. Потом пришёл я и надавал этому монстру прямо по его крошечным яйчишкам. Только вот, когда я с ним сражался, он мог управлять «нитями». Да и был куда сильнее.
«Моя теория себя не оправдала. Палач — это не оживший разум Тени… тогда кто он⁈… Дерьмо… теперь я окончательно запутался! Или же я что–то проглядел⁈»
Из тела Силифа вырвался лазурный свет, материализовавшийся в пятиметровое человекоподобное безликое существо, которое сжимает в правой руке глотку тёмной сущности с демоническим лицом.
Палач зашипел, а следом его тело обратилось в подобие дыма, пройдя сквозь хватку Самюэля. И долго не думая, он полетел к небесным просторам.
— Эй… — опешил Охотник, увидев, что Палач слился с Лилит и четыре её зрячих глаза начали шевелиться.
«Так Палач… это… это оживший разум Лилит!!!»
— Эй, малой, — бросил Артём ошарашенный взгляд на мальчика, что стоит по правое от него плечо, — Так Тень, это… Нега⁈…
Самюэль тяжело вздохнул, и… кивнул… он кивнул…
— Дерьмо, — тихо засмеялся Артём, — Ладно, это становиться интересно. Теперь буду молчать. Похоже, что я всё понял. Осталось только проверить на деле свою теорию.
Воспоминание продолжило свой ход. И вот, Безымянный оказался возле своего дяди, который стоит на коленях и с ужасом в золотых глазах осматривает окрестности горящей «Геенны».
— Нет… — покачал он головой, — Не так… нет… только не это… ты не этого мне обещала… — покатилась по его дымчатому лицу горькие слёзы.
Самюэль, уставившись на своего Дядю холодным взгляд, вдруг сжал кулаки, а его нити, концами, направлены в сторону Силифа.
— ГОСПОДИН!!!
В ров запрыгнул Крангель. В правой руке у него шприц с алой жидкостью, а в левой руке он держит черноглазого ребёнка, которого прижал к своей груди.
— Вы пришли в себя! — не мог нарадоваться Десница, — Слава «Мирозданию»! Я так за вас переживал.
— Я… — опустил взгляд Силиф, — Я глупец… вот кто я…
— Нет! — сел на одно колено Крангель, показав своему наставнику широкую улыбку и пылающий решимостью взгляд, — Вы самый мудрый представитель «Иной Расы», который только попадался мне на пути. Но знаете… и мудрецы попой оступаются. Поэтому вставайте! Нам нужно прекратить этот ужас. Ещё ничего не кончено, — он перевёл взгляд на Самюэля, — Верно⁈ Мы ведь справимся! Выход всегда есть!
