Артём дрогнул, его спина покрылась мурашками, а сердце отчего–то ушло в пятки. Ведь он вообще не понял, кто именно находиться по его правое плечо.
Без-эмоциональное лицо Сила вдруг начало отдавать жизнью, губы изогнулись в милой, но в тоже время, — хищной улыбке, а изумрудные глаза светятся, показывая истинные желания своего хозяина.
— Артём, на этой прекрасной ноте, наша с тобой дружба подходит к концу.
— Чего?…
Сил закинул ногу на ногу, а его проницательный взгляд упал на костёр.
Лицо Артёма распрямилось и начало бледнеть. В его памяти, словно вынырнув из бездонного омута, послышались слова Сила. Точнее — его краткий рассказ о том, кем он был до того, как переродиться в «Среднем Мире».
«Мой мир называют Солер. Мы путешествуем во тьме, мы добираемся до звёзд и окружаем их… убиваем их… дабы самим выжить.»
«Я… у меня не было такого тела как сейчас. Я был белым сгустком энергии.»
«Сгусток белой энергии…» — округлились глаза Артёма, а в его разуме предстала золотая планета, на которой стоять пять безликих титанов, состоящих из белой энергии.
— Нет… — покачал головой Артём и начал тихо смеяться, — Да ты издеваешься надо мной!…
Сил игриво пожал плечами и поджал губы, словно он сделал какую–то детскую шалость.
— Это ты разбил «омут правды»?!. — уставился Артём грубым взглядом на Сила.
— Именно так. Уж слишком многое ты узнал. И это не хорошо. Клянусь, была бы у меня возможность, я бы тебя не убивал. Ты хороший человек…
«Я ошибся… дерьмо… так тогда в башне был не первый „предатель“, а второй.»
— Убить? — усмехнулся Артём, — Не думаю, что у тебя хватит на это сил. Да и к тому же против нас всех ты не выстоишь. Я ведь знаю, что у тебя больше нет былого могущества. Верно, Предтеч?
— Это правда, — кивнул Сил, — Былой силы нет, а это человеческое тело, у-вы, уж слишком хрупкое. Но! Есть и плюс. Я проклял себя. Нарушил правила «Судьбы» и теперь пока я не исправлю свой грех, я буду вечно перерождаться, — на его лице возникла мерзкая улыбка, а из уст вырвался злорадный смех, — И кто назвал это «проклятием»? Как по мне — это благословение. Я даже на мгновение ощутил себя в своём мире. Но… это и в сравнение не идёт с истинным «благословение»! — сползла с его лица улыбка.
— Что ты сделал⁈ — покрылось лицо Артёма холодным потом.
Сил приблизил лицо к уху Охотника и тихо прошептал:
— Создал тебя!…
— Чего⁈… Создал⁈
Убрав лицо от Артёма, Сил уставился на огромный костёр пустым взглядом.
— Мне нужен был только Агарес, но ты возник как побочный эффект. Мы знали, что так и будет. Поэтому и хотели использовать тебя в качестве жертвы для открытия последней печати. Сейчас только Лилит может вернуть себе прежнюю силу Предтеча. Ведь в отличие от остальных, у неё не забрали тело. По факту «Иная Раса» сделала с ней то, чего не смог сделать Гильгамеш.
Артём проглотил язык, а его плечи дрогнули.
— Твоё тело… тело Абигора… и ещё двух Предтечей… вы все находитесь в плену, а сама ваша суть была вырвана из тела?
— В точку!… И всех нас пленили на «первозданной земле». Но вот где тела, у-вы, мы не знаем. Гильгамеш не смог разделить «суть» и «физическую оболочку» Лилит, поэтому я и искал её.
— А где два оставшихся Предтеча?…
— Кто знает, — пожал плечами Сил, явно скрыв важный ответ.
— Что ты сделал с «судьбой»⁈ — не сбавлял Артём градус напряжения, ведь ему нужно вытащить из врага как можно больше ответов, пока тот ещё готов вести беседу.
— Ты ещё не понял⁈ — рассмеялся Сил, — Ну же, Артём. Не разочаровывай меня. Думай! Откуда всё началось⁈
Мысли Артёма обратились в бушующий поток ветра. Он сводил воедино все события, пока не пришёл к итогу.
— Это… это ты сорвал с Гидрасиля «Ветви»!… — дрогнул голос Артёма, — Тем самым ты породил Безымянного Бога и всю Иную Расу! Но тебе нужна была Малия. Её тело! Ты знал, что Мироздание оживёт её, что он даст ей свою кровь, свой свет и… письмена силы из «забытой эпохи».
— Как думаешь. Почему Габриэль вдруг ответил на мольбу маленького мальчика и воскресил его мёртвую сестру? Почему он пошёл против своих же правил?
— Потому что… Безымянный… он сын Габриэля. Точнее — его копия.
«И ведь точно! Мироздание вообще не воспринимал людей. Ему было плевать, что с ними будет! И тут оживил девочку⁈ С чего ради⁈…»
