Минус заключается в том, что у каждого воссозданного мира есть своя дистанция. Точнее, радиус распаковки. У Артёма он составляет двадцать километров, а в высоту — тридцать метров. Расстояние, по обычным меркам — просто огромное, но если судить по размерам титана, это расстояние от его стопы, до колена… или даже меньше… намного меньше. К тому же если в «Явление Души» зайдут лишь на половину, то жертва может вырваться, так как она остаётся в контакте с реальным миром. Это маленькое условие, которое может помочь тебе выбраться из «Явления Души», но случается это так редко, что можно даже на это не надеяться. Но в случае Титана — это его козырь. Так как даже если Артём захочет использовать «Явление Души» на ноге Титана, тот может просто убрать конечность в туже секунду… а вот «Явление Души» не переместить. Только развеять, а уже потом воссоздать заново, но уже на другом месте. И каждая использование «Явление Души» забирает у хозяина чудовищно количество маны, или ауры, а так же жизненную энергию.
Продумав план и убрав оружие на пояс, Артём поднялся с песка и огляделся.
— Так, теперь местность. Если тут нет подходящих лесов, значит, нужно искать местность с большим скоплением песчаных гор. У меня есть наглядный пример, какой высоты его нога и какой высоты может быть его шаг, — уставился Артём на исполинские скелеты.
И самый главный вопрос, который интересует Артёма: как убить Титана до того момента, как он сам себя подорвёт⁈ Это ведь не шутки. Этих тварей заперли в самых забытых и дальних участках «МежМирия» как раз таки из–за их сердец, что могут уничтожить целый мир, а если говорить на человеческом языке — планету. И явно они это делают на последнем издыхание, когда смерть стоит прямо за их спиной.
Артём широко раскрыл глаза, а всё его тело застыло и больше не двигается. Ведь в пяти метрах от него, на песке, возникли человеческие следы, что светятся белоснежным светом. Это те самые следы, что были на «млечном пути». И это тот же мужской голос.
«Он говорит со мной⁈… Или это ведение, что не даст мне ответов⁈» — сглотнул Артём.
— Эй… ты… ты меня слышишь⁈ Ты это мне говоришь?
'Что это, сука, было⁈… В начале он сказал отстранённым голосом, а следом продолжил говорить более весёлым. Это выглядит так, словно воспоминание обрело волю и теперь вставляет в свои же реплики новые слова.
— Ты хочешь мне что–то показать? — спросил Артём.
Артём побежал за следами, и вновь его тело пробила отдышка, а мана застыла в жилах.
— Эй! Кто ты⁈ Как тебя зовут⁈ — спросил Артём, при этом тяжело дыша.
В воспоминаниях Артёма всплыли слова Вильдрифа:
Это имя произнёс Вильдриф, имя того, кого он видит в своём отражение.
«Да что тут происходит⁈ Почему я вижу Гильгамеша, а Вильдриф — Агареса⁈ Мы же с Вильдрифом, если так подумать, одно существо, мы с ним… или… или всё не так⁈ Дерьмо! Я ничего не понимаю! У меня такое чувство, что меня водят за нос, но в тоже время я понимаю, что возможно мои опасения беспочвенны и тут скрыт другой контекст!»
Следы призрака привели Артёма к одному из тел Титанов, внутри которого, в желудке, пророс вековой лес. Благо половина туловища закопано под серый песок, а путь наверх лежит через ребро, что упало на землю и стало мостом к желудку.
Но даже так подъём был долгим, а тело Артёма, по неизвестным ему причинам, с каждой минутой слабело. Словно из него кто–то высасывает силы.
Так же следы, однако, подстраиваются под скорость Охотника и далеко не убегают. Они всегда в поле его зрения.
Войдя в просторы векового леса, Охотник на секунду сбавил скорость бега, сделал несколько глубоких вдохов, и вновь ускорился.
— Ничего! — тут же ответил Охотник, — Я лишь не так давно узнал… узнал своё настоящее имя! — решил Артём играть по правилам призраков, — Кто я⁈ И что стало с забытой эпохой⁈ И кто ты такой⁈ Как ты связан со мной… как ты связан с Гильгамешам⁈
