Он наткнулся на машину убийцы через сорок минут. Внедорожник Toyota, припаркованный вне дороги. Виктор порылся в боковых карманах рюкзака, нашел ключи и отпер его.
Он резко остановился, схватившись рукой за грудь. Его вырвало, он почувствовал вкус железа, кашляя кровью. Он оставался наклоненным в течение минуты, пока боль не утихла. Он использовал горсть снега, чтобы смыть кровь изо рта, и еще немного снега, чтобы скрыть кровь на земле.
В машине не было ничего, что могло бы идентифицировать человека, пытавшегося его убить. У Toyota была арендная наклейка, прикрепленная к переднему и заднему стеклу, и документы об аренде в бардачке. Он был бы арендован на вымышленное имя, Виктор был уверен. Он бросил две сумки на заднее сиденье и завел двигатель. Он дал автомобилю несколько минут, чтобы прогреться, прежде чем осторожно выехать задним ходом на дорогу.
Он тяжело вздохнул. Тот, кто хотел его смерти, узнал, где он жил. Невозможно, если бы это не было только что драматически доказано. В зеркало заднего вида Виктор увидел дым от своего горящего шале, поднимающийся над линией деревьев. Если тот, кто хотел его смерти, нашел его здесь, они могли найти его где угодно.
Какое бы подобие жизни он ни создал для себя, было покончено.
ГЛАВА 22
Париж, Франция
Четверг
15:16 по центральноевропейскому времени
Альварес сделал большой глоток черного кофе с тремя порциями сахара и неуклюже набрал на клавиатуре, лежащей на его бедрах. Он сидел, закинув ноги на стол, туфли на пол. Практически пустая пластиковая шариковая ручка застряла между его зубами и медленно жевалась. Он находился в своем временном офисе парижской резидентуры ЦРУ на втором этаже посольства США.
Офис был едва достаточно велик для него и его стола и был настолько мал, что он любил называть его своей обувной коробкой. Однако было тихо, и Альварес мог не отвлекаться. У его ног лежала фотография Кристофера из школьного рождественского спектакля. Он был пастухом. Маленький труппер отлично справился с задачей, даже если дети, играющие с овцами, ни черта не стоили.
Выслеживание убийцы Озолса не шло быстро. Если он ехал под паспортом Алана Флинна, то, по мнению чехов, он не выезжал из страны, но Альварес полагал более вероятным, что он просто поменял паспорта и уехал неизвестно куда? У Альвареса не было ни времени, ни рабочей силы для розыска по всей Европе, поэтому он сосредоточил свои усилия на расследовании дела семи убитых стрелков. Если бы он смог выяснить, кто их нанял, возможно, это открыло бы достаточно информации об убийце Озолса, чтобы выяснить, кто его нанял. Тогда, возможно, будет шанс получить ракеты или, по крайней мере, предотвратить попадание технологии в руки врагов Америки.
Он многое узнал за пару дней. Михаил Святослав, которого представил убийца, был бывшим сотрудником спецназа. Он служил в Афганистане в восьмидесятых, прежде чем ненадолго поработать в КГБ. Ему указали на дверь, когда закончилась холодная война, и он стал фрилансером, в основном работая с Восточным блоком, вынося мусор для криминальных авторитетов и прочей сволочи.
С ним было несколько венгров, судя по всему, бывших мафиози, и несколько нерегулярных сербов, в том числе женщина. Альваресу пришлось покачать головой. Короче говоря, он составил список самых страшных мудаков мира из всех выгребных ям от Балкан до Урала. Наемники, бывшие солдаты, наемники, убийцы. Двое ублюдков разыскиваются за военные преступления в Косово. «Хорошо, что они мертвы», — подумал Альварес. Только мертвые их нельзя было допросить. Это была кучка типичных киллеров из евромусора. Альварес и не ожидал меньшего.
Чего он не ожидал, так это узнать, что одним из нападавших был американец Джеймс Стивенсон, бывший рейнджер армии США. Стивенсон даже пробовался в «Дельту», но не прошел квалификацию — не только это, но еще и то, что он подал заявку на работу в ЦРУ после того, как уволился из своего подразделения, но снова не прошел отбор. У него были способности к полевой работе, но он представлял собой проблему с дисциплиной, которая ждала своего часа, слишком большой риск, чтобы попасть в платежную ведомость агентства. Он попал в частный сектор через старого армейского приятеля и базировался в Бельгии. Стивенсон много работал охранником и выполнял другие неуказанные работы в охранной фирме в Брюсселе.
На экране компьютера у Альвареса были банковские записи, записи телефонных разговоров, электронные письма, заметки и даже счета за коммунальные услуги. Они принадлежали недавно получившему дважды выстрел в лицо Джеймсу Стивенсону, бывшему солдату, бывшему наемнику, бывшему отморозку. Парень положил огромную сумму в евро наличными на счет в банке, который не склонен задавать сложные вопросы. Это произошло за две недели до того, как он близко познакомился с парой 5,7.
