После ритуала, который я пережил лишь каким-то чудом, Ганеша потребовала от меня применить какое-то заклинание, попробовав добавить в него демоническую Волшебную Силу. Даже если бы был конфликт энергий и заклинание не сработало, этого бы все равно хватило, чтобы проверить, правильно ли был проведён ритуал. Стала ли моя Сила опасной для демонов. Какого же было удивление Ганеши, что даже выразила его мимикой лица, когда она узнала, что я вообще кроме сырых выбросов Волшебной Силы толком ничего и не умею, и не знаю из Магии Тьмы.
Обозвав отца жалким перестраховщиком и поведав, что к Тьме он всегда относился очень предвзято, Ганеша сказала, что мы должны ликвидировать пробел в знаниях. Без понимания обычной Магии Тьмы и её свободного применения, я не смогу использовать свой элемент в Магии Убийц Демонов. Именно на основе Магии Тьмы и будет создана моя собственная Магия Убийц Демонов. Не имел бы я такой чёткой предрасположенности к Тьме, был нейтралом, а в идеале Ганеши магом огня, то заморачиваться не пришлось бы. Я просто все мог скопировать у старухи.
Так… Стоп! Неужели этот гомосек будет моим учителем?!
Неожиданно в мою голову прилетает ластик и маг, вскочив на ноги, тычет на меня пальцем:
— Пацан, ты кого гомосеком назвал?! Это образ для конспирации!
— Ага, конечно, — легко согласился я, потирая лоб.
Ещё бы сказал, что красится ему совсем не нравится.
— Ты прав, красится мне совсем не нравится. Но благодаря макияжу, странной одежде и образу человека с нетрадиционной ориентацией, стража брезгует лишний раз к нам лезть и проверять наши дела.
— Погоди-ка… Ты только что прочёл мои мысли?! — с широко раскрытыми глазами, уставился я на мужчину.
— Ага, — улыбнулся парень, — Это и есть мой способ применения Тьмы, малец, которому я попытаюсь тебя обучить, если будешь звать меня мастером и кланяться в ноги, бу-га-га… Кхм.
Смех мужчины, имя которого я уже несколько раз прослушал, прервался из-за вновь появившегося у его шеи огненного клинка.
— …хотя основам тебя придётся обучить в любом случае. Уж очень хорошо за тебя просят, — промолвил маг, не отрывая взгляда от огненного меча.
Имя чуть позже у волшебника я все же узнал. Его звали Эдуард, что стало причиной новой порции косых взглядов в его сторону… Он был главой гильдии контрабандистов, доставлявших товар в империю со всего света. Как оказалось в Арболесе было много чего запрещённого. Зереф словно пытался оградить свою империю от внешнего мира. Поэтому для таких людей как Эдуард, работы хватало всегда. Надо было лишь не попадаться стражникам и пограничникам с запрещённым товаром. Делалось это при помощи специфической славы местного клуба и навыков его главы. Эдуард просто пудрил мозги стражникам при помощи своей Магии, узнавал их маршруты патрулирования, облавы и так далее. Причём это была не Телепатия или ещё какой-то вид ментальной Магии. Эдуард все проворачивал с помощью Тьмы.
Со слов Эдуарда Тьма есть везде, в том числе и в сердцах людей. Контролируя сердце человека при помощи Тьмы, он с лёгкостью мог навязать ему нужные эмоции и чувства, правда чаще всего отрицательные… Получив доступ к сердцу, Эдуард через него пробирался в разум своей жертвы, где тоже с помощью Тьмы мог довольно многое, совсем как настоящий маг-телепат.
Вообще со слов Эдуарда, Тьма довольно разносторонний элемент. В ней есть всё и она может всё. Тьма могущественна и сильна. Дарует своему владельцу многое, но и требует в ответ не мало. Например, крепкой воли. Если её не будет, то не волшебник будет контролировать Тьму, а Тьма волшебника.
С Эдуардом я провел чудесный месяц. Как бы странно это не звучало. Учителем он был замечательным: не пытал, не изводил до истощения, материал объяснял, где не получалось исправлял, человеком был приятным.
— Чудо, а не учитель, — сделал я вывод, косясь на Ганешу.
Жаль, что именно его способу применения Тьмы я не смог научится. Просто не тот характер. Со слов Эдуарда, мне просто на инстинктивном уровне противно лазить по чужим головам и подчинять себе людей. Да и контроль у меня для таких вещей все же был слабоват. Со слов мага, мне легче бахнуть как можно больше волшебства в атаку, чем заморачиваться тонким контролем. За месяц Эдуард обучил меня основам Магии Тьмы. Я научился создавать разнообразные шары, стрелы, копья, путы и так далее. Но пожалуй самое главное, чему меня обучил волшебник было чувство Тьмы в сердцах людей и защите своего разума, последнее по просьбе Ганеши, мол, демоны любят и умеют морочить голову. Чувство Тьмы давало мне возможность всегда ощущать разум возле себя, потому что даже у самого святого человека где-то глубоко в сердце будет что-то Тёмное.
С обучением чувствовать Тьму в сердцах разумных было связано два запоминающийся случая. Первый был связан со мной.
— У каждого человека разное количество Тьмы в сердце, — вещал Эдуард, тыкая пальцем мне в грудь, — Например, в твоих сердцах… Какого черта у тебя два сердца?!
— Какого черта у меня два сердца?! — вытаращил я глаза, уподобляясь Эдуарду выражением лица, смотря на Ганешу.
