— Мой коллега говорит, что пальто уже забрали.
Слова постепенно проникли в сознание Джессики, и прошло несколько секунд, прежде чем она сформулировала свои мысли в слова.
— Что? Но кто?
— Мужчина…
— Какого черта вы отдали ее кому-то другому? — Джессика почувствовала, что теряет голос.
— Подождите секунду. Я спрошу…
— Скажите своему коллеге, чтобы он вышел сюда. Сию же минуту! — огрызнулась Джессика, прислоняясь к стойке. — И оставьте окошко открытым!
Встревоженная медсестра вскочила со стула, на этот раз быстрее, и исчезла в коридоре, ведущем в заднюю комнату. Нос Джессики уловил химический запах антибактериального геля, он напомнил ей о регулярных визитах к врачу, рентгеновских снимках, магнитно-резонансной томографии, уколах кортизона, винтах, брекетах, неврологических тестах, остеопатии и иглоукалывании.
— Где, черт возьми, моя парка? — спросила Джессика, теперь уже почти крича, и стукнула кулаком по стойке.
— Сюда, Джесси!
Джессика обернулась, увидела Юсуфа и на мгновение уставилась на его испуганное лицо. Она заметила пальто у него под мышкой, телефон в руке. В конце коридора Тео обернулся, чтобы посмотреть на них.
Капли на стеклах автомобиля предсказывали потепление. Джессика захлопнула дверцу, и Юсуф завел мотор. Они дошли до парковки в полной тишине. Джессика просмотрела пропущенные вызовы на своем телефоне.
— Я просто хотел помочь, — заметил Юсуф.
— Я знаю, я понимаю. Я не хотела…
Дворники ритмично скользили по ветровому стеклу, но некоторые капли оставались нетронутыми. Очевидно, покрытие на правом стеклоочистителе знавало лучшие времена.
— А что сказала Хелминен? — наконец спросила Джессика, откидывая со лба прядь.
— Давай послушаем, — предложил Юсуф. Он достал из кармана диктофон.
Джессика посмотрела на Юсуфа. На записи донеслись звуки плача и утешения. Потом послышались шаги. Доктор Кузнецов что-то говорил.
