- Любопытно, сколько времени у тебя уйдёт на то, чтобы исцелить сломанную шею? - Задался вопросом про́клятый колдун. Меня он изучал с тем же интересом, что дети демонстрируют, поймав стрекозу или ещё букашку, какую.
- Я передумал. — обернулся к Защитнику веры колдун, его внешность к этому моменту наконец-то перестала меняться, вопреки моим ожиданием он так и не превратился в человека. Так, гуманоид совершенно неопределённой внешности, если бы не мужской голос определить пол этого существа было бы весьма затруднительно. Да был ли этот урод вообще человеком? Если и был, то сейчас он к роду людскому имеет весьма отдалённое отношение.
- Я и не ожидал того, что вкусивший запретный плод сдержит своё слово. - Сплюнул рыцарь, поднимаясь на ноги. Из многочисленных ран Защитника веры сочилась кровь, похоже, такой регенерации, как у меня, у него нет. Конечно, нет, — прочитал мои мысли Экций, у него же нет меня.
- Запретный плод? - Расхохотался колдун, приближаясь к рыцарю. Правая рука чернокнижника стремительно обрастала толстой со стальным отливом чешуёй. - Вы так это теперь называете? - Проскрипел колдун, без усилий, отразив удар рыцаря закованной в чешую рукой.
- Это про́клятое знание, оно не должно принадлежать никому! - Прохрипел Защитник веры, нанося новый удар, однако сил у него, похоже, совсем не осталось. Меч бесславно звякнул о покрывающую руку колдуна чешую.
- Но ты же тоже им обладаешь, и даже сумел что-то понять. - Вздохнул чернокнижник, вырывая меч из ослабевших рук рыцаря. - Вступить на тропу познания и остановиться на полпути, что может быть глупее?
- Только пойти дальше. - Сплюнул Защитник веры, замахиваясь на колдуна кулаком. Только вот бессмысленно это всё, этого гада так не убить. Сомневаюсь, что он вообще почувствует удар. Так и произошло. От удара колдун уклонятся на стел. Закованный в латную перчатку кулак рыцаря влип в лицо колдуна с чавкающим звуком. Влип, будто это не лицо, а ком сырого теста. Задняя часть черепа колдуна прогнулась, однако он не спешил падать. Проклятье! Да он вообще выглядел так, будто подобное положение ничуть ему не мешает. Закованная в чешую рука сомкнулась на запястье рыцаря. Кости хрустнули так, что я даже с такого расстояния услышал, однако рыцарь даже не дрогнул, взмах другой рукой и верхнюю половину черепа колдуна словно ветром сдуло. Кусок белёсой плоти упал на землю в нескольких сантиметрах от меня, и начал плавиться, словно кусок масла на горячей сковородке. На моих глазах кусок черепа превратился в жидкость и впитался в землю.
- Бесполезно, меня нельзя убить. - Равнодушно произнёс колдун, ломая рыцарю вторую руку.
- Видишь ли, в отличие от тебя и тебе подобных, я не стал останавливаться на пути познания. - Добавил колдун, с лёгкостью поднимая рыцаря в воздух. Тонкая костлявая на вид рука чародея с лёгкостью удерживала на весу тяжеленного мужика в полном рыцарском доспехе. Изуродованная голова колдуна стремительно восстанавливала прежний вид. Зрелище это нельзя было назвать приятным, но я не стал отводить взгляд, даже если б мог. В подобной неуязвимости колдуна крылась какая-то загадка. Точнее, не в том, что он так быстро восстанавливал повреждения и даже не в наплевательском отношении к ранам, а в том, как его плоть впиталась в землю. Было в этом что-то необычное, необычное, даже учитывая то, на что способны здешние кудесники.
- У тебя всё равно ничего не получиться, запретный путь ведёт в тупик. - Прохрипел Защитник веры, из последних сил, напрягая шею.
- Верно. - Кивнул колдун, разжав пальцы, рыцарь сломанной куклой рухнул на землю. Сломанные в нескольких местах руки выгнулись под неестественным углом. Из-под погнутой ударом кирасы щедро сочилась кровь. Рыхлая почва с жадностью впитывала драгоценную влагу. Некстати вспомнилось то, что питает здешние деревья.
- Двадцать лет назад я действительно упёрся в тупик. — присел рядом с рыцарем колдун, и что характерно в его голосе мелькнул намёк на нешуточную ярость. Похоже, Защитнику веры удалось-таки ранить чудовище пусть и не физически, а морально. Только вот мне почему то кажется, что ничего хорошего в этом нет, разозлённый колдун хуже спокойного, и что-то мне подсказывает, что именно от этого гада ждать быстрого убийства в порыве ярости не стоит. Нет, этот будет резать по живому, наслаждаясь мучениями жертвы, а скорей всего и вовсе растянет мучения на целую вечность. Я уже видел нечто подобное — люди, превращённые в живые придатки к собственным сердцам. Насосные станции, созданные из живой плоти. Неужели меня ждёт такая же участь? Нет! Не хочу! Боже, помоги слуге своему, не дай сдохнуть вот так, я же столько для тебя сделал! Я же почти праведником стал! Ну ладно, не стал, но я стремлюсь к этому.
- И знаешь что? - В голосе колдуна мелькнула издёвка. - Я нашёл решение! - Рявкнул он, прижимая рыцаря к земле ногой. Помятый металл кирасы жалобно скрипнул проминаясь.
