Написана под псевдонимом Д.Б. ДжексонВследствии повышения Британской Короной обременительных налогов, назревает Революция и интрига закручивается вокруг смутьянов, таких как Самюэль Адамс и Сыновья Свободы. Но для Итана Кэйлли, охотника за ворами, который зарабатывает колдовством, помогающим ему в разгадывании преступлений, политика не имеет никакого значения… пока он не начинает заниматься поиском украшения, которое было на убитой дочери одного из известных семейств. Внезапно он сталкивается с другим заклинателем невероятной силы, с кем-то неизвестным, тем, кто является частью заговора, достигающего высших уровней власти в нестабильной колонии. Его соперник уже убивал – не ради своей выгоды, а находясь на службе у своих могущественных хозяев, для которых люди лишь пешки в политической игре. Итан может поплатиться головой и знает это . Как человек с темным прошлым, он может позволить отказаться от заработка, позволить себе отступить. Но он не может остановиться, его магия уже оставила след, так что он должен бороться за свои шансы, несмотря на то, что он безнадежно проигрывает; его судьба уже кажется определенной в призрачных руках того, кого он даже никогда не видел.
Переводчики: refuse, vikaz
http://vk.com/bookish_addicted
Бостон, Провинция Массачусеттс Бэй, 26 Августа, 1765
Итан Кэйлли вынул клинок из кожаных ножен на поясном ремне, когда дошел до Причала Гриффина, слова охранного заклинания были на губах. Его пот пропитал льняную рубашку и почти весь жилет. Нога болела, он тяжело дышал, задыхаясь в теплом, плотном воздухе, висевшем над Бостоном этим августовским вечером. Но он загнал Дэниеля Фолтера так далеко - из Городского Дока до Улицы Приобретений, по булыжной мостовой и грязи, мимо витрин, домов и пастбищ, где не было никого, кроме ворон и пасущихся коров - и он не собирался позволить этому молокососу вырваться.
Горизонт на западе по-прежнему светил золотом уходящего дня, но небо над Бостонской Гаванью и Южной Оконечностью побережья потемнели до цвета индиго. Неуклюжие деревянные склады, окутанные легким туманом, отбрасывали на причалы глубокие удлиненные тени. Тучи мошек плясали над головой Итана, рассеиваясь лишь тогда, когда он махал рукой и лишь затем, чтобы потом опять собраться в рой, когда он обращал все внимание к своей добыче.
Итан шагнул на причал и всматривался в его темные уголки, ожидая, что Фолтер налетит на него в любой момент. Пацан выставил себя дураком; теперь же он был в отчаянии, опасная комбинация. Итан предпочел бы справиться с этим без заброса, но он уже знал, какое заклинание произнесет, если потребуется.
— Теперь ты мой, Дэниель! — крикнул он. — Тебе лучше выйти и увидеть, что тебя ждет!
Ответа не последовало. Он осторожно прокрался вперед, его взгляд охватывал то, что сзади и спереди, между складов, которые возвышались по обе стороны пирса. Он слышал, как небольшие волны разбиваются о бревна и эхом разносится крик одинокой чайки. Но Итан прислушивался к дыханию человека, скрипу ботинок или шепоту лезвия, разрезающего кожу.
Пройдя еще несколько шагов, Итан остановился, боясь пройти слишком далеко по пирсу, что позволило бы щенку прокрасться мимо него. Если он потерял Фолтера на запутанных улицах Южной Оконечности, ему пришлось бы начинать поиск с самого начала.
— Тебе не следовало красть ожерелья хозяйки Корбетт, Дэниель! — Итан повысил голос, но его слова поглотил туманный сумеречный воздух и звуки гавани. — Ее муж зол. Он платит свои кровно-заработанные деньги, чтобы найти вернуть ожерелье и, чтобы правосудие свершилось во имя ее чести. — Он выжидал, прислушиваясь, наблюдая. — Твой единственный выход пройти мимо меня, парень. А я никуда не собираюсь.
Все еще никакого ответа. Сомнения начали вгрызаться в сознание Итана. Нашел ли Фолтер другой выход с причала? Или он был просто умнее и терпеливее, чем допускал Итан?
Как выяснилось, ни то, ни другое.
Итан услышал слева шаги и быстро развернулся, его клинок был наготове. Фолтер вышел из темноты, слабый отсвет сумерек светился в его глазах и на мерцавшем кинжале, который он держал.
— Корбетт пусть сгниет, мне все равно! — сказал он. Храбрые слова, но его голос дрожал почти так же сильно, как и кинжал в его руке.
Итан покачал головой и подошел к нему.
— Тебе лучше знать, парень. Мистер Корбетт человек со средствами. Он решает, кому гнить, а кому жить.
Фолтер был крупнее, чем он помнил. Он был на целую голову выше Итана, с длинными конечностями и худым костлявым лицом. Его волосы, мокрые и гладкие, висели на его сутулых плечах. Его штаны были порваны на коленях, жилет испачкан; рукава рубашки едва достигали запястий. У его ножа было длинное изогнутое лезвие и, несмотря на то, что он вытирал потные ладони о штаны, когда перекидывал его из одной руки в другую, его движения были весьма умелыми и ловкими. Итан догадался, что тот будет грозным противником, если дойдет до поножовщины.
— Да это неправда, — сказал Фолтер. — Во всяком случае, не всё.
Итан остановился, сохраняя расстояние между ними. Фолтер на какое-то мгновение встретился с ним взглядом, прежде чем метнуться сначала в одну, а затем в другую сторону. Он искал способ выбраться или как-нибудь проскочить мимо, если придется. Итан почувствовал, что Фолтер уже всё взвесил и убедил себя, что сможет возобладать над противником. Если завяжется драка. Он ошибался, но откуда тому было знать.
Итана точно не смущала внушительная фигура Фолтера. Сам он был среднего роста и телосложения, и походил на довольно опытного бойца, но, по-настоящему, его никто никогда не боялся. Его волосы уже были с проседью, а лицо в морщинах и шрамах. Фолтер видел в нем лишь старика да к тому же коротышку, чтобы тот мог представлять настоящую угрозу. Другие совершали те же ошибки.
— Я сделал кое-какую работенку для Прайсов, для мисс Прайс, год или два назад. Если бы она присматривала за своим барахлишком получше, то никому не удалось бы так легко проскользнуть...
— Я не работаю на Прайсов, — сказал Итан.
Фолтер посмотрел на него.
— Тогда почему ты…?
— Я работаю на себя.
Пацан так и покатился со смеху.
