Он сжал кулаки, скрипнул зубами, пытаясь унять дрожь и обуздать страх. Похоже пёс почувствовал его решимость и отпустил уже сильно кровившую ногу, предоставив человеку самому решать свою судьбу. Быть очередной жертвой этого кресла смертников или преодолеть свой страх и жить дальше. А вот как жить, это он сейчас и узнает.
Под вздохи и причитания трусивших игроков он уверенно сел в кресло, надел на себя VR-шлём и взял джойстики. Секунду ничего не происходило, а затем джойстики в его руках вдруг изменились. Он не видел, как именно, потому, что шлём закрывал обзор, но по ощущениям они превратились в нечто жёсткое и костлявое. Это были кисти мертвеца, которые обхватили его запястья и сжали так, что от боли слёзы брызнули из глаз, а затем яркая вспышка в очках ослепила Макса, пронзив острой болью, и он потерял сознание.
Как только Макс вновь открыл глаза, то не почувствовал никакой боли или ломоты в теле. Лишь легкий ласковый ветер касался его лица. Воздух был чистый и приятный, пахло хвоей и луговыми травами. В траве сверчок пел свою вечернюю песню, а где-то внизу у подножия горы, на склоне которой оказался Макс, слышался шум горной реки.
Немного придя в себя, он увидел, что совсем рядм с ним на расстоянии вытянутой руки стоит та самая алтайская богиня встречи, с которой он и ожидал и к которой готовился, если это можно было так назвать. Теперь её стройное тело скрывало легкой платье, чуть ниже колен. Босыми ногами она стояла на холодных камнях, но похоже это было для неё привычно.
Несмотря на своё состояние и страх, Макс не приминул заметить, как совершенны и прекрасны её лодыжки и как эта часть её тела могла превращаться в жуткие змеинные отростки пожираюшин не то плоть, не то саму душу.
— Боишься меня? — спросила она, не поворачиваясь к Максу. Ее глаза были полуприкрыты и казалось она наслаждалась потоками ветра, что шевелил пряди её золотистых волос. Что удивительно, но у алтайской богини были вполне себе славянские или европейские черты лица. Макс отвёл от неё глаза, сделал глубокий вдох и ответил.
— Конечно боюсь, Дьер-Су… — Он произнёс это имя и прикусил язык. Оно само выскочило в его памяти, вычитанное где-то то ли в брошюре, то ли на каком-то сайте на просторах сети. Дьер-Су была божеством у древних тюрков на Алтае олицитворяя собой священную воду и землю. В ответ на слова Макса девушка друг звонко рассмеялась, по-прежнему не смотря на него.
— Я? Интересно ты хотел мне сделать комплимент или оскорбить. Хотя это и не важно. Мне нравится твоя прямота и я чувствую твой страх.
Наконец она обратила свой взор на Макса и к его удивлению он не был пугающим. Это были глаза обычной девушки, немного надменной, знающей себе цену, но в то же время живой, не картонной гламурной куклой. Он слушай её, а она продолжала.
— Всё равно твой страх он другой и твои желания тоже иные. Не такие, как у твоего друга, хотя он был весьма приятным на вкус, — она легонько прикусила губу вспоминаю минувшую трапезу. Макс сглотнул и решился произнести слова.
— Я правда другой, я сильнее и думаю догадываюсь зачем я вам нужен.
— Догадываешься? Ну хорошо, — она вновь устремила свой взгляд на на долину горной реки, — посмотри, как величественны и прекрасны эти горы. Только представь какая исполинская сила двигает их, заставляет расти, причём не в первый раз. Я помню те годы, когда горы в этих краях обратились в прах, но сила недр этого мир вновь заставила их тянуться к небесам и даже сейчас они всё выше, и выше, и выше. Смертному это не понять, слишком коротка ваша жизнь. Я же дарю бессмертие. За достойную службу мне.
— Я готов, — твёрдо произнёс Макс и прямо посмотрел в глаза богини.
— Хорошо, — она улыбнулась одними уголками губ.
— Простите, госпожа, а можно вопрос?
— Пожалуйста, Максим, — от услышанного имени в её устах он почувствовал лёгкое приятное томление в груди. Похоже она засасывала его в свои любовные объятия, как некогда алтайского пастуха подростка.
— Я понимаю перед нами сейчас Алтай, но что это было за место где вы… в VR’е. Ну там, где мертвый океан плоти и город… Вдруг лицо богини изменилось, Максу даже показалось, что на её лице промелькнул страх. Или нет, наверное он что-то перепутал. Она снова улыбнулась кончикамт губ и в своей манере рассматривая что-то вдали ответила Максу.
— А это уже мир моего Хозяина. Всегда есть рыбка покрупнее и важно быть под её опекой, а не добычей.
— Понял, — ответил Макс. Именно этим он сейчас и занимался, пытаясь из разряда добычи перейти в прислужники.
— Значит ты будешь верен мне вечно? — во второй раз за всё это время она перевела на него свой взгляд.
— Да, моя госпожа, я готов стать жнецом и хранителем твоего изумрудного сердца.
