Он ощутил прилив какого-то нового для себя чувства — ярости. Он услышал голос — свой собственный голос, который велел ему не сдаваться. Он должен выжить — хотя бы для того, чтобы не доставить радости проклятым язычникам. Они не смогут хвалиться, что загнали его до смерти, как Ханкса. Бедный Ханкс!
Балти продолжал спускаться по утесу. В голове у него стучало, он задыхался, смаргивал кровь. Прошла вечность. И вдруг он ощутил под ногами опору потверже. Он достиг каменистой осыпи — обломков, накопившихся у подножия утеса за много тысяч лет. Он полез дальше вниз, и наконец ноги коснулись земли. Он сидел, переводя дух. Лицо было липким от теплой крови. Ладони и ступни тоже были изодраны в кровь и болезненно пульсировали.
Ханкс. Где же Ханкс? Балти позвал его. Ответа не было.
У подножия кряжа рос густой лес. Балти снова позвал и прислушался. В тишине доносилось лишь журчание ручейка, вдоль которого они сюда поднимались.
— Ханкс! Ханкс! Вы здесь?
Стон.
— Ханкс! О, благодарение Богу!
Балти бросился на Ханкса и обнял его:
— Я думал, вы погибли!
— Пустите… не могу дышать…
— Вы живы! Хорошо. Хорошо. Отлично. Мы… отдохнем. А потом мы… что-нибудь сделаем.
— Ноги не двигаются.
— Я вас понесу.
Балти попытался поднять Ханкса. Ничего не вышло.
— Не важно. Мы отдохнем здесь. Я принесу вам воды. Тут есть ручей. Где-то тут.
Балти увидел за деревьями свет.
— Ханкс! Кто-то идет! Мы спасены!
Ханкс схватил Балти за лодыжку:
— Тише!
Свет стал виден отчетливей. Факелы.
— Квирипи, — шепнул Ханкс.
— Как вы можете…
— Бегите. Быстро.
— Нет!
— Христом Богом прошу. Мне конец. Бегите.
Балти пошарил за поясом. Пистоля не было.
— Хоть раз в жизни не будьте дураком.
Балти схватил Ханкса за одежду и потащил к осыпи у подножия утеса.
— Что вы делаете?
— Ш-ш-ш.
Большие обломки камня образовали что-то вроде пещерки. Она была тесная, но Балти умудрился засунуть туда Ханкса и втиснулся сам. Он сидел, скрючившись вдвое, тяжело дыша и прислушиваясь.
Факелы приблизились.
— Бегите.
— Тихо, Ханкс.
Балти взял пистоль из-за пояса у Ханкса и взвел серпентин.
— Балти, слушай меня, — шепнул вдруг Ханкс.
— Что?
— Беги в Фэрфилд. Найди доктора Пелла. Скажи Пеллу… придет эскадра военных кораблей. В середине августа. Командует Николс. Полковник Николс.
— Ш-ш-ш.
— Скажи ему…
Факелы оказались совсем близко. Свет упал на порог норы, в которой они укрылись.
Балти поднял пистоль. Снаружи сказали:
—
— Оставайтесь тут, — шепнул Балти.
Он вылез из укрытия с пистолем в руке.
Их было шесть человек. Кожа, сальная от енотьего и орлиного жира, блестела в свете факелов. У одних были боевые топоры; у других — луки с наложенными на них стрелами. Кажется, ни мушкетов, ни пистолей.
Белый человек и краснокожие смотрели друг на друга. У Балти кружилась голова от потери крови. Он старался стоять прямо, чтобы не показывать страха. Пистоль он держал поближе к себе, направив его в землю.
Надо ли улыбаться? Однажды он попробовал это с лондонскими подонками и стяжал лишь презрение. Он ждал, чтобы главарь индейцев назвался или как-то проявил себя.
У того, что стоял ближе всех, на лбу была какая-то татуировка. Балти сморгнул кровь и напряг зрение. Что-то вроде лица с крыльями. Высокий мужчина крепкого сложения. Он был бы красавцем, если бы не эта штука на лбу.
Он заговорил. Двое квирипи с луками натянули тетивы.
— Ну-ну, — сказал Балти укоризненным и одновременно успокоительным тоном, как распорядитель за карточным столом, когда кто-нибудь ходит вне очереди. — Это совершенно лишнее. Мы все здесь хорошие друзья. Мы с приятелем просто вышли подышать воздухом. Я вас уверяю, что мы не питали никаких замыслов относительно ваших могил.
Лучники прицелились. Балти поднял пистоль и наставил его на ближайшего индейца:
— Слушай, старина. Я совсем не хочу до этого доводить. Пожалуйста, поймите наконец, что мы не собирались трогать ваши гробницы.
Из леса донесся голос:
— А ну спокойно. Спокойно. Мы идем.
В пятно света вошли мужчина и мальчик. У обоих были взятые на плечо мушкеты.
— Мы слышали выстрел. Покайся, это ты стрелял?
Индеец с татуировкой на лбу ответил:
— Охота.
— Поздновато для охоты, нет?
— Кошка.
— А! В таком случае доброй охоты. Горные кошки таскают у нас кур. Спокойной ночи вам всем.
Покайся помешкал и что-то сказал своим людям. Квирипи развернулись и пошли прочь, забрав с собой факелы.
Трое белых стояли в молчании, ожидая, пока глаза привыкнут к темноте.
— Что здесь произошло? — спросил мужчина у Балти.
— Мой друг… там, в камнях… Он ранен. Прошу вас…
У Балти подкосились ноги. Ему стало холодно. Он опустился на землю и остался лежать, глядя снизу вверх на утес. Сейчас, на фоне звездного неба, утес казался прекрасным.
Пипс никогда не любил сельскую дорогу, ведущую из Лондона в Челси. Но сегодня он не любил ее особенно сильно.
