— Ну послушайте, сударь. Вы же не можете не понимать, что произошло. Эту штуку нам подкинули. Кто-то подсунул ее под дверь. Даже с замком возиться не стали. В котором часу служанка обратила ваше внимание на это чудодейственное открытие?
— В шесть. Фосмошно, посше.
— В шесть. Как удобно, не правда ли? Учитывая, что мы отбыли ужинать с генералом в пять. Тот, кто сунул эту штуку под дверь, знал, что нас нет. А единственные, кто знал это, — трактирщик и вы.
— Вы обвиняет, что я кладет это?
Ханкс задумался: не может ли быть, что Кунц сам покрывает цареубийц, без ведома Стёйвесанта? Какой у него может быть мотив? Ненависть к Карлу Первому? Или более прозаичный и более надежный мотив — деньги?
Балти, связывающий стражника, поднял голову и увидел, что Ханкс непринужденно держит пистоль за спиной. Пальцы Ханкса что-то делали с механизмом.
— Нет, — сказал Ханкс. — Я не думаю, что это вы.
Он повернулся к Кунцу спиной и показал ему свой разбитый затылок.
— И на меня, и на мастера Балтазара сегодня напали. Там, на улице. Это был не грабеж. Понимаете, я узнал того, кто меня стукнул. Мы встречали его в Нью-Хейвене. Его и его сообщника, индейца. Они защищают тех, кого мы ищем. Цареубийц то есть.
— Мы нишефо не снаем про фаших цареупийц, — обиженно сказал Кунц.
Ханкс кивнул:
— И правда, сударь, я уже начинаю верить, что не знаете. Но разве вас не интересует то, что эти люди напали на нас — в вашем городе! Разве это не наводит вас на мысль, что цареубийцы тоже здесь?
Кунц в отчаянии воздел руки к небу:
— Нас тут так мнохо! Почти тфе тысячи! Это портофый корот. Люти фсе фремя приесшают, уесшают.
— Согласен, согласен. Что ж, вице-генерал Кунц, кто мы с вами теперь? Друзья или враги?
— Трусья не настафляют трук на трука пистоль.
— И с этим согласен. Если я верну вам пистоль, вы поверите моим словам и сочтете дело закрытым? И сядете и выпьете со мной?
Кунц уставился на него:
— Та, я поферю.
— Хорошо, тогда друзья, — сказал Ханкс.
Он протянул Кунцу пистоль. Кунц взял его, взвел и наставил на Ханкса.
— Ох, вице-генерал. Вы меня разочаровали.
Ханкс полез за пазуху, словно бы за оружием.
Кунц дернул спусковой крючок. Курок ударил по огниву и полке. Искры не было.
— Вы меня опять разочаровали, сэр. — Ханкс уже не подражал никакому говору. — Такой опытный офицер — и не заметил, что я вынул кремень. Ай-яй-яй.
Он забрал бесполезное оружие у покрасневшего вице-генерала.
— Похоже, мы все-таки враги. Я бы предпочел иначе.
По лестнице затопали сапоги и остановились у двери.
Ханкс прижал палец к губам, а дуло пистоля — своего собственного, в котором кремень был на месте, — ко лбу Кунца.
Послышался голос:
—
— Ответьте ему, — шепнул Ханкс. — Не забывайте,
—
—
Ханкс кивнул.
—
— Это была ошибка, — шепотом подсказал Ханкс.
—
Тишина. Тот же голос крикнул:
—
— Вы послали его в форт. Принести кое-какие документы.
—
— Велите им ждать вас внизу.
—
— Пообещайте, что купите им выпивки.
Кунц странно ухмыльнулся:
—
Тишина. Стук сапог, спускающихся по лестнице. Ханкс держал пистоль у головы Кунца, пока шаги не затихли. Балти и Ханкс привязали Кунца к стулу. Ханкс оторвал кусок простыни и смял в ком.
— Кто их покрывает? Стёйвесант? Или вы?
— Это все чепуха, — сердито сказал Кунц.
Ханкс улыбнулся:
— Интересно, что мы найдем, если обыскать вашу комнату? А? Английские гинеи? Ну что ж, очень приятно было познакомиться.
Он засунул кляп в рот Кунцу и закрепил полосой простыни. Опрокинул Кунца вместе со стулом спиной вниз, на пол. Вернул кремень в пистоль Кунца и отдал тот из пистолей, что поменьше, Балти.
— Что теперь? — спросил Балти.
— Нет выбора — нет проблем.
— Что?
Ханкс медленно открыл дверь. Площадка за дверью была пуста. Они вышли из комнаты, оставив в ней двух связанных голландцев, и начали медленно красться вниз по лестнице. В самом низу Ханкс жестом остановил Балти и прислушался. С дальнего конца лестничной площадки слышались голоса. Ханкс спрятал пистолет под куртку и жестом велел Балти сделать то же самое. «Смейся», — шепнул он.
И сам захохотал. Громко, пронзительно. Фальстаф в свой самый счастливый и самый пьяный день не смеялся так громко. Балти последовал его примеру.
Они вышли на площадку. Перед ними стояли двое солдат с обнаженными саблями.
Ханкс обратился к ним так, словно был очень рад их видеть:
— А, вот вы где! Хорошо!
Солдаты уставились на него.
— Вы говорите по-английски?
— Я кофорить, — ответил один из них.
— Хорошо. Вице-генерал Кунц послал нас взять еще джина. — Ханкс изобразил жестами, как подносит бутылку к губам. — Джин?
Он показал вниз по лестнице.
— Пить? Джин, чтобы отнести туда наверх.
Солдаты шагнули к нему.
Он выхватил пистоль:
