Семер вряд ли догадывался о том, насколько был прав. Ведь Рантар пропустил десять лет, знал только бесконечный сон и кошмар. Он уснул в одном мире, а о другом мог лишь слышать, как о раскатах грома. Вот только, к сожалению, Рантар помнил все, что делал все эти десять лет.
И в этой истории меньше всего он хотел бы выбирать чью-либо сторону.
– Когда я добуду эту шкатулку, ты будешь здесь?
– Вот это вряд ли. Меня не будет здесь уже через час. Раз меня нашел ты, остальным потребуется не так много времени, как я надеялся. У тебя три дня. Встретимся через день после именин графа, в полдень, в церквушке Армута. Маленький город к западу отсюда.
Рантар коротко кивнул и развернулся. Больше говорить было не о чем. Следовало поскорее вернуться к Гуго, чтобы обсудить дальнейший план. Он буквально чувствовал на шее щекотку от дыхания Доротеи. Королева была слишком близко.
– Удачи, тюльпан.
Рантар шел на выход, не обращая внимания ни на окрик, ни на хмурые лица охранников. Лишь одно было важно – чтобы Семер сдержал слово. Особого выбора все равно не было.
Виктория хотела что-то сказать, но он пошел еще быстрее. Следовало покинуть место, где было слишком много любопытных ушей. Когда он вышел в знакомый проход, проводница была еще там, недоверчиво на него поглядывая.
Только теперь Рантар остановился и рассмотрел спутников получше. Виктория мяла складку плаща и все время пыталась откинуть локон, амеван мрачно сжимал петуха. Наконец-то они перестали донимать его.
– Уходим, – бросил он проводнице и двинулся следом.
Снова перед глазами запетляли длинные коридоры, но мыслями Рантар был уже очень далеко. Стены больше не давили на него, наоборот: все словно расширилось и оказалось на недосягаемой высоте, а он будто плыл в ночном небе, двигаясь к своей звезде.
Люди относились к нему по-разному. Кто-то считал чурбаном, кто-то – жестоким убийцей. Все они совершали одну ошибку. Думали, что его преимущество в силе. Но эти люди просто не сражались достаточно долго, чтобы понять простую вещь. Главное в битве – это предчувствие и реакция. Именно они делают из Рантара хорошего воина, такого, кто живет достаточно долго.
Поэтому когда из-за очередного поворота показалась группа вооруженных людей, а проводница резко шмыгнула в сторону, он уже был готов. Если они хотели взять его врасплох, то не вышло. Рантар прыгнул в сторону, когда арбалетный болт просвистел над его плечом. Целились не в грудь, похоже, хотели взять живым. Вторая ошибка. Людей вроде него лучше сразу убивать.
Третья ошибка, которую совершали многие люди в сражении, – выбор оружия. Мечи и копья полны романтики, они внушают людям уважение и трепет. Но у них есть недостатки. Таким оружием тяжело размахивать в тесноте, и их уж точно не метнешь во врага. В отличие от топора.
Поэтому второй стрелок даже не успел нажать на крючок арбалета: лезвие топора воткнулось ему в лицо с тупым хрустом. Были бы враги опытнее, то устроили засаду на открытом пространстве, окружив Рантара с нескольких сторон. Но они решили сделать ставку на неожиданность и узкие проходы. И взяли с собой только двух стрелков. Дурачье.
Рантар размозжил второму арбалетчику голову о камень, развернулся, отбил удар и пнул нового нападавшего. Топор вибрировал в руке, люди кричали и рычали, орошаемые брызгами крови. Рантар расчищал себе путь, наслаждаясь знакомым упоением. Кто они такие, что позволяют стоять на пути перед его целью? На что надеются, атакуя? Недоразумение, а не проблема. Он поднимал руку с топором и отпускал ее, взмахивал раз за разом, превращая людей в груду костей. Еще, еще и еще! Они заплатят ему! За все заплатят!
Он развернулся для очередного замаха. Виктория закричала, упала на землю и прикрыла руками голову. Очнувшись будто от резкой пощечины, он замер. Медленно опустил руку, смотря в ее огромные зеленые глаза.
Рантар несколько раз выдохнул, оглядываясь. В слабом свете валявшихся факелов были только изуродованные трупы. Включая проводницу. Она сидела, придвинувшись к стене, окоченевшие пальцы ухватились за рассеченное горло. Похоже, искать выход им придется самим.
Он замер, следя за Викторией. Не хватало, чтобы ее вновь обуяло бешенство и она принялась громить все магией. Но она лишь растеряно озиралась, разглядывая забрызганную кровью одежду.
– Мда, ну и бардак ты тут устроил, – тихо сказала она. – В таком к королю Десмонду на бал не пойдешь.
Эту фразу Рантар слышал уже не в первый раз. Он прищурился, но тут внутри все похолодело. Он посмотрел в одну сторону, потом в другую. Рванулся и тут же остановился.
– А где амеван?!
Зубы были сжаты так сильно, что белело лицо. Руки дрожали так, что он удивлялся, как до сих пор не упал. Зато пальцы хватались за выпирающие камни, как цепкие корни. Одно усилие, за ним следующее. И никакой боли можно не чувствовать. Останавливаться нельзя и смотреть вниз тоже.
