Эта комната давно волновала его. В ней царил такой же беспорядок, как и везде, вот только пара шкафов доверху была набита всевозможными книгами. Человеческие сочинения так и просили, чтобы Имва взял их в руки и прочел. Как знать, быть может, в них он найдет продолжение любимых историй? Или ответы на вопросы, которые так сильно волновали.
Но пыльные корешки не торопились выдавать свои секреты. Он с трудом разбирал, что на них написано. Пришлось брать наугад и открывать. От туч пыли он громко чихнул и выронил книгу. Сердце упало вместе с ней, и Имва поспешил ее поднять. Вот только на пороге уже стоял Гуго. Во взгляде что-то изменилось, он смотрел подозрительно или даже испугано. Хотя Имва сомневался, что способен кого-то напугать.
«Может, Рантар рассказал ему, что было сегодня?»
– Я просто хотел посмотреть. А она выпала, и вот.
– Тебя интересует что-то конкретное? – спросил человек.
– М-м-м. Да. Я бы хотел почитать про черных тюльпанов. Тут есть?
– Какой интересный выбор. И почему они тебя так волнуют?
– Меня интересуют любые истории про героев. Я хочу, – на секунду Имва задумался, стоит ли говорить. – Хочу учиться у них. Ты сказал, что тюльпаны были героями. И что Рантар один из них.
– Был им. Кем его считать теперь, я понятия не имею. И вряд ли у него можно научиться чему-то хорошему.
Гуго продолжал смотреть на него, будто Имва решил поиграть с осиным гнездом и притащил прямо хозяину под ноги. Хвост гневливо дернулся.
– А у других можно?
– Тюльпанов почти не осталось. Сначала их стерла война, а потом наш друг позаботился, чтобы они исчезли окончательно.
– Он убил своих друзей?! – не сдержал возгласа Имва.
– Они не были друзьями, даже братством не были, и все же он избавился от них. И не только от них.
Имве показалось, что это должно было что-то значить, но он никак не мог понять, что. Рантар пугал с каждым днем все сильнее.
– У меня нет таких книг, иди узнай у него все сам. Он наверху. Чистит топоры. Или опять тренируется.
– Спасибо, э-э-э… но я лучше отдохну.
Имва с сожалением посмотрел на книги и под давящим взглядом Гуго пошел обратно к своей комнате. Он не понимал ни странных намеков, ни явной подозрительности этого человека. Но куда больше он не понимал Рантара.
Тот был героем, спасал других, сражался с захватчиками. Эти черные тюльпаны были кем-то особенными, а Рантар был одним из них. И он так просто убил своего сына и начал помогать бывшим врагам? Такие противоречия можно было объяснить только безумием, но Рантар не был безумен. Каким-то образом он ожесточился и стал человеком наоборот. Вывернулся наизнанку. Разве так бывает?
Сколько бы Имва не задавал себе вопросов, ответы все никак не находились. Особенно самый важный.
«Почему корни судьбы свели меня именно с этими людьми?»
Но их замысел если и был постижим, то не сразу. Оставалось только следить за тем, куда может привести Имву избранный путь. Кто-то на его месте наверняка бы уже сбежал, испугался опасности, но Имва хотел пройти по дороге, понять. Хотел найти разгадку Рантара. А еще совсем не хотелось блуждать одному по лесам, как раньше.
В комнате сгустился мрак, но видел Имва все равно неплохо: годы, проведенные в густом лесу, позволяли с легкостью ориентироваться в сумерках. Виктория лежала на своем месте, и он немного успокоился. Навнат тоже спал, только забрался в угол, будто прятался.
Имва тихонько лег на пол. Как можно спать на мягкой подстилке, он не понял. В нее проваливаешься, как в болото, а потом еще и все тело ломит. Уж лучше на камнях спать. Теперь он точно не уснет, никто не сбежит. Впрочем, тяжелое дыхание Виктории доказывало, что вряд ли она сделает это снова. Ее лицо терялось под накидкой, но Имва мог с легкостью его себе представить. Все очарование вместе с непослушными ночными волосами.
«Она даже похожа на амевана: высокая, бледная. Как жаль, что такая красавица страдает от страшного недуга».
Даже сейчас Имва ощущал смутную угрозу, находясь рядом. Будто что-то спряталось рядом и лишь ждет, когда он закроет глаза, чтобы вырваться на свободу.
Имва повернулся, разочарованно глядя в нависающий темный потолок. Ему так не хватало простора, сияния звезд над головой и шума ветра среди ветвей. Касания живого мира. Имва вспоминал, как ветер дотрагивался до его кожи и как успокаивающе смыкались ветви над головой. Вот они, родные места. Эту поляну он прекрасно знал! Вот там за поворотом огромный трухлявый пень с лицом. А дальше будет маленькое озеро, в котором видно каждый камень на дне.
